Возвращение
Шрифт:
После этого из земли по обе стороны статуи вырвались фонтаны огня, и жрецы обратились к гигантской сове. 'Взываем к тебе, о великий символ всей мудрости смертных, Сова Богемии! Дай нам совет!'
В следующий миг всё внезапно меняется - огни гаснут, а из-за деревьев выходит духовой оркестр в полосатых куртках и канотье, наигрывающий разудалый регтайм. После чего загадочная церемония перешла в безудержное веселье, в которой я решил участия не принимать, а остаться в роли зрителя. Взял раскладной стульчик и уселся в тени одной из секвой, подальше от загоревшихся электрических гирлянд.
– Ты всё хорошо запомнил? Мы точно
– Можете не сомневаться, мистер...
– Тсс, никаких имён, мы же договаривались!
Я медленно повернулся на голоса. Они доносились по другую сторону 2-метрового обхвата ствола секвойи, у которой я сидел. В ночном сумраке едва удалось разглядеть две тёмные фигуры, похоже, одетые в такие же плащи с капюшонами, как и я. Тот, кто давал указания, был на полголовы повыше второго, и говорил с лёгкой гнусавостью, отчего мне его голос показался знакомым. В голове крутилась догадка, но она никак не желала оформляться в окончательный образ.
Ладно, это подождёт, сейчас же меня интересовало, что они задумали на пару. Какой губернатор не должен дожить до утра? А вообще, много ли их в лагере? Точно приехал губернатор штата Нью-Йорк Томас Дьюи, причём вроде бы как первый раз. Я слышал, по личному приглашению своего старого товарища - сенатора от штата Айова Уильяма Бердсли. Просто какой-то средневековый заговор с тайнами мадридского двора.
Я инстинктивно вжался в свой стульчик, когда одна из фигур, та, что повыше, растворилась в ночи, а вторая - исполнитель - напротив, двинулась на свет огней. Чуть помедлив, я отправился следом, держась на небольшом расстоянии. Так мы добрались до места праздника, где уже на смену оркестру пришла театральная постановка в античном стиле.
Главным было не потерять цель из виду. Ростом преследуемый был ниже среднего, при этом ещё и заметно сутулился. Не иначе давила ответственность возложенного на него задания. Интересно, как он собрался убивать жертву? Кинжалом, выстрелом из пистолета с глушителем, удушением? В такой толчее подобраться к цели можно без проблем, правда, и найти её среди одинаково одетых людей непросто. Либо этот человек знает, где искать.
Кстати, не все присутствующие перед сценой стоят с капюшонами на головах. Некоторые для удобства из стянули, и вот я теперь прекрасно вижу, что так поступил и Томас Дьюи, о чём-то переговаривавшийся с сенатором из Айовы. И сутулый, похоже, именно к этой парочке и пытается подобраться поближе.
Так-так, выходит, всё же Дьюи! Я никогда к нему не пылал особой, скажем так. Любовью, но своей принципиальностью он был мне симпатичен. И если его решили убрать, значит - он перешёл кому-то дорогу. Раньше, будучи окружным прокурором, он частенько переходил дорогу мафии, не исключено, что и в кресле губернатора у него случились какие-то тёрки с мафиози.
Хотя голос отдававшего приказ явно не был связан с 'коза нострой'. Тут что-то другое... Чёрт, где же я его мог слышать?!
Между тем сутулый приблизился к жертве на расстояние полутора-двух метров, и я, не теряя времени, тоже подобрался поближе, чтобы в случае чего успеть хоть что-то предпринять. Можно было, кончено, и сейчас скрутить 'охотника', но вдруг при нём никаких орудий убийства не обнаружится? И он, само собой, признаваться ни в каких преступных замыслах не станет, я же буду выглядеть идиотом. А заговорщики получат ещё
Пока я таким образом размышлял, сутулый извлёк из-под полы плаща какой-то небольшой продолговатый предмет и ещё на шаг приблизился к жертве. Бездействовать и дальше, оставаясь в роли стороннего наблюдателя, было чревато, так что я тоже быстро шагнул вперёд и тычком фаланги согнутого пальца в область правой почки заставил потенциального убийцу охнуть, повернувшись ко мне лицом. Особо в него не вглядываясь, я, не мудрствуя лукаво, нанёс резкий удар в кончик подбородка, подчелюстные нервные узлы среагировали как нужно, и оппонент без звука свалился наземь.
Финальную часть сцены наблюдали не только Дьюи с сенатором, но и ещё несколько человек. И в их взглядах читалось подозрительное недоумение. На их месте я бы тоже подумал, что бить человека ни с того, ни с сего - признак дурного тона. Только вот я бил ввиду неотложной необходимости, и сейчас, аккуратно, чтобы не стереть отпечатки пальцев, подобрав с земли шприц с какой-то тёмной жидкостью внутри, показал его губернатору.
– Этим, мистер Дьюи, он собирался вас отправить на тот свет.
– Что это ещё за дрянь?!
– Это покажет специальная экспертиза. Думаю, внутри шприца сильнодействующий яд. В такой толпе незаметно уколоть и раствориться в темноте легче лёгкого. Не думаю, что это кто-то из членов клуба, наверняка он проник на территорию лагеря незаконно.
– Да, мне его лицо незнакомо, - подтвердил Дьюи, разглядывая в отсветах света лежавшего преступника.
Между тем спектакль шёл своим чередом, небольшой инцидент метрах в двадцати от сцены для большинства присутствующих остался практически незамеченным.
– Но у этого типа был сообщник, - продолжил я.
– Я стал невольным свидетелем их беседы вон там, на краю поляны, и когда они разошлись - я решил следить за исполнителем.
– Вы правильно сделали, я вам благодарен, что спасли мне жизнь. А того, второго, не запомнили?
– На его голове был капюшон, я слышал только голос, и он показался мне отдалённо знакомым. Я его уже где-то слышал, но где...
– Это мы выясним, а сейчас нужно с этим что-то делать.
Дьюи слегка пнул носком ботинка начавшего подавать признаки жизни лежавшего. Я, положив шприц в карман пиджака, вытянул из брюк неудачливого убийцы ремень, перевернул того на живот и скрутил руки за спиной. После чего рывком поднял его на ноги и подтолкнул в спину:
– Давай, двигай, поговорим в другом месте... Кстати, куда его вести, мистер Дьюи?
– Пойдёмте в мой офис, - подал голос невесть откуда появившийся Роуч.
– Там есть телефон, посидит до приезда полиции.
Так мы и поступили. Через полчаса примчался лично шериф полицейского департамента Монте-Рио. Ещё бы, на его территории едва не прихлопнули легендарного Дьюи, дважды баллотировавшегося на пост Президента США! Шериф Джером Корбье оказался угрюмым, упитанным мужчиной с пышными усами. Прибывший вместе с ним долговязый помощник, откликавшийся на имя Лесли, казался его полной противоположностью. Прежде чем приступить к допросу подозреваемого, который тихо сидел в соседней комнатушке, он обратился ко мне.