Заповедник Сказок 2015(Том 5)
Шрифт:
— Возможно, при установленной чёрной дыре этого безобразия не случается, — директор никак не мог сообразить, может ли дыра поглощать излишки звёздной активности.
— Всё-таки нужно поговорить с проектировщиками. Нужна дополнительная защита! То есть не дополнительная, конечно, а вообще защита, — поправил он себя, вздохнул и снова опустился на пол.
В этот момент кто-то пару раз стукнул в дверь и, не дожидаясь ответа, открыл её. На директора с порога уставился старый уборщик.
— В чём дело? — холодно осведомился директор. —
— Я… это… я за мусором… убрать, стал-быть, надо… — уборщик с трудом подбирал слова, разглядывая стоявшего на четвереньках директора.
— Значит, так, — директор поднялся на ноги. — Я провожу проверку качества продукции. Идёт эксперимент, понятно? Ничего тут не трогать и вообще — входить запрещается!
Старик молча кивнул и, не отрывая глаз от директора, немного отступил назад в коридор.
— Свободен, — с нажимом сказал директор и смотрел в упор на уборщика, пока тот не закрыл дверь.
Наклоняясь и возмущённо поглядывая на дверь, директор собрал с пола планеты. Покосившись в справочник на стандартную схему, поднял порванную орбиту и связал её узлом. Подобрал осколки, распределил их вдоль орбиты и слегка потряс — они держались крепко и не осыпались. Но когда директор попытался пристроить это вторсырьё вокруг звезды, орбиты дальних планет угрожающе завибрировали, и два самых больших шарика, не удержавшись, снова обвалились.
Постепенно выяснилось, что созданный им мир сохранял устойчивость, только если кольцо осколков находилось на пятой, считая от звезды, орбите. Выяснять этот необъяснимый каприз системы пришлось примитивным перебором. За время поисков равновесия планеты замусорились, и теперь вокруг них крутились песчинки и пыль, собиравшаяся в причудливые кольца.
Посмотрел в инструкцию: «Взять баллон, напылить атмосферу по планетам».
— По всем целым планетам! — директор сурово посмотрел на осколки, раздражающие своей неуместностью в мире, который хотелось сделать идеальным. — Всё, — с облегчением выдохнул он, — технологический перерыв!
И направился было к выходу, но не смог уйти дальше дивана, стоявшего у двери. Присел буквально на минутку, чтобы обдумать предстоящий разговор с проектировщиками и комплектовщиками, да так там и уснул.
Утром, едва открыв глаза, он бросился к столу. Звезда работала на удивление стабильно, планеты уверенно держались на орбитах, большинство окутывала лёгкая дымка.
— Самые крайние атмосферу не удержали!.. — разочарованно вздохнул директор.
Схватил инструкцию. Следующий этап был необременительным: аккуратно распределить содержимое бутылки с растительным концентратом по планетам.
— По всем целым планетам, — мстительно повторил он, пропуская осколки. — И — перерыв!
Выбросив бутылку в мусорную корзину, директор усилием воли выгнал себя из кабинета. Он сходил в маркетинговый отдел, где объявил, что магазин при фабрике закрыт и не откроется, пока не найдут
Зашёл в цех комплектации и произнёс гневную речь о том, что жизнь и здоровье начинающих демиургов находятся в их руках, и эти руки растут из… Тут он оборвал себя и вышел, не слушая вопросов, потому что об эксперименте с некомплектным набором решил пока не распространяться.
Поиск проектировщиков затянулся до тех пор, пока он не догадался заглянуть в курилку. Застигнутые врасплох жертвы не рискнули отказаться от категоричного требования до конца недели придумать несколько вариантов неизвестно чего, гарантирующего установку чёрных дыр.
Решив, что времени для развития растительности прошло достаточно, директор вернулся к себе и тщательно осмотрел планеты. Увиденное его огорчило: только на третьей планете что-то слабо колосилось, всем прочим растительный концентрат впрок не пошел.
— Может, потом и на остальных что-то взойдёт, — обнадёживал себя директор. — Всё равно нельзя лишать их шанса на развитие жизни, — сказал он, отдирая пробирки с биокультурами от коробки.
Опять пришлось вспомнить недобрым словом упаковщиков: пробирок оказалось девять вместо десяти, причём две из них — просроченные, с помутневшим содержимым.
— Первую планету и последнюю сразу вычёркиваем. Осколки вообще не считаются. Остаётся семь планет и семь годных пробирок.
Аккуратно встряхивая пробирки, директор окультурил семь планет и задумался, с искушением поглядывая на просроченные флакончики. Признавая в душе, что всё идёт не по инструкции, вылил подозрительные пробирки на третью планету.
— Хуже не будет, — сказал он и ушёл, опасаясь, что если останется дожидаться результатов, то опять, чего доброго, будет ночевать на диване, не раздеваясь.
Директор никогда ещё так не спешил на работу, как на следующее утро, в глубине души ожидая увидеть в созданном им мире цветущие сады, заполненные восхитительными существами. Неблагодарные планеты встретили его всё теми же безжизненными пространствами, хотя… на третьей, если внимательно присмотреться, кое-что можно было с трудом разглядеть…
— Чего они такие мелкие? — директор покачал головой. Тут взгляд его впервые упал на развесистый фикус, засыхающий на подоконнике.
— Как он вообще тут вырос? И кто его поливает?
Он отправился по коридору на поиски подсобного помещения, где уборщики должны держать всякую хозяйственную дребедень. Каморка с ведрами, швабрами и прочим барахлом нашлась под лестницей. Под раковиной стояли лейка и бутылка с распылителем. На размытой этикетке угадывалось изображение куста в горшке. Директор обнюхан носик распылителя и сморщился: запах был отвратительный.
— Удобрение… наверное, эффективное… или давно испортилось… — на всякий случай, он прихватил и лейку. — Тоже пригодится… может, фикус полью.