Зов Арахны
Шрифт:
— Новую форму беречь приказали, сэр, — ответил Николай, ничуть не смущаясь.
Рассказав почти то же самое, что Соколов уже слышал от Штайнера и Маккелен, Айронс от себя постоянно добавлял, насколько коварна и опасна Мадам. О том, что ни один чиновник на Нуллусе, какого бы ранга он ни был, не подпишет ни одного приказа или постановления, которое повредило бы компании «Технологии Курназир». Потому, что все побаиваются. И что самому Айронсу ой как не хочется связываться со старой ведьмой. Он даже называл её тем самым, расхожим прозвищем, «королева пауков».
— И да, — продолжал напутствовать Айронс, — чёрт знает кто только не охотится сейчас за этим же человечком. В оба смотри, если слежку, или что подозрительное заметишь — сразу мне сообщай. Не геройствуй, чуть что — поддержку вызывай.
Николай молча кивал,
— Вот приказ на участие в операции полиции, — говоря, Айронс положил перед Николаем на стол инфокарту, за ней вторую, — а вот это приказ на перевод в твоё подчинение свободной боевой единицы, в солдатской казарме её найдёшь. Первым делом в дежурку загляни. Потом экипировку у интенданта заберёшь, я список отправил. К полудню чтобы готов был. Всё ясно?
— Так точно, — не мешкая ответил Николай и взял под козырёк.
Выйдя на плац, Николай первым делом заглянул в приказ об операции. Таких расплывчатых формулировок он не видел никогда, за все годы службы. «Вступить в контакт с уполномоченным представителем полицейского департамента». «Выяснить возможность продолжения проведения совместной операции на указанной в ходе соответствующего расследования территории». Это не приказ, таким языком пишут формуляры по распорядку, но не указания по силовой операции! Соколов мысленно плюнул на эту писанину и направился в солдатские казармы. Боевую единицу ему дают, тоже чёрт знает что. Даже если это всего пара человек, с ними надо хоть как-то сработаться, перед серьёзными делами. Понять, что это за люди, их специальности, характеры в конце концов. Все обстоятельства и намёки самого Штайнера говорили в пользу того нехитрого вывода, что энсина Соколова используют как наживку. Чем больше Николай размышлял над этим, тем хуже становилось настроение, и тем сильнее хотелось расквасить кому-нибудь морду.
А в дежурке Соколова почему-то послали к секретарю по кадрам. Обратно, на второй этаж основного здания управления. Скрипя зубами и почти что матерясь, Николай отправился куда послали. На лестнице остановился, сделал глубокий вдох, переводя злость в боевой настрой. Приказ всё равно придётся выполнять, каким бы он не казался идиотским. Единственный проблеск во всей ситуации это то, что Штайнер таки прикрыл его от претензий СКБ.
В комнате перед кабинетом кадровика, на диване, развалившись, сидела молодая девица, развязного вида. Волосы, покрашенные в платиновый цвет, собраны в два коротеньких хвостика, по бокам головы. Симпатичное, юное лицо, впечатление от которого несколько портила косметика. Яркий, вызывающий макияж, словно позаимствованный у дешёвой продажной женщины. Топ — даже не топ, а полоска красной ткани, едва прикрывающая юные, вздёрнутые груди. Трикотажные шорты, красные, натянутые на упругие округлости, как на барабан. Длиннющие, стройные ноги, как и красивые руки, явно были искусственно улучшены. На шее девчачий кожаный ошейник, с сердечком и серебристым черепом. А на ногах модные, молодёжные башмачки, тоже красные, с блестящими отворотами и на шпильках.
Николай прошёл мимо неё, просто окинув взглядом, как декорацию. Только промелькнула мысль о том, какого, собственно, хрена, это чудо здесь делает? Девица вообще ничего вокруг не замечала, похоже у неё были нейро импланты и она явно торчала в сети. В кабинете сидел немолодой уже лейтенант-командор, подчёркнуто подтянутый, воплощающий всем своим внешним видом устав. Даже с первого взгляда, Николай заметил в этом человеке тоску по корабельной службе. Его тяготила эта должность и этот кабинет. Надпись на столе сообщала, что хозяина кабинета зовут Фролов А. А.
— Соколов, — сразу же начал кадровик, не дав Николаю открыть рот и указав на него пальцем, — отлично. Приказ от Айронса давай.
Николай отсалютовал и прошагав к столу протянул Фролову инфокарту приказа. Тот сунул карту в терминал
— Так, всё, уник свой смотри, там я все данные скинул.
Николай глянул, что пришло на его уник. Несколько секунд он хлопал глазами, глядя на портрет в личном деле единственной боевой единицы, поступившей в его распоряжение.
— Это не вот то чудо, — начал было Соколов, показывая на дверь.
— То самое. Забирай.
— Она что, правда «хризантема»?
Фролов подозрительно прищурился.
— Хотите что-то заявить, энсин? — неприятным тоном проговорил лейтенант-командор.
— Никак нет, сэр. Разрешите идти?
— Идите.
Выйдя из кабинета, Николай опять сделал три глубоких вдоха. Его умыли в каждом кабинете, в который он сегодня заходил. А полуодетая боевая единица по прежнему сидела на диване, закинув ногу на ногу и болтала башмачком. Соколов снова открыл её дело. Гвоздикина Наталья. Восемнадцать лет. Звание — рядовой первого класса. Два года назад прошла процедуру по превращению её в боевую киберорганическую систему «хризантема». Так, а почему в таком раннем возрасте? Ага, проходила по социальной военной программе. Первоначально служила в секторе «Минотавр», где за время службы получила несколько взысканий, вплоть до направления её дела на рассмотрение дисциплинарной комиссии сектора. Причина — периодические нарушения дисциплины и субординации. Николай беззвучно выругался сквозь зубы. Чёрт знает что такое. Современный боевой киборг с мозгами сопливой малолетки. Может он и не прав, может она на самом деле и умница, только времени разбираться и сюсюкать у него нет. Надо сразу же установить эту самую субординацию.
Соколов быстро подошёл и с размаха пнул диван. Девица взмахнула руками и скинула вторую ногу на пол, ошарашенно озираясь. Увидев, кто едва не сбросил её с дивана, она начала вставать.
— Гвоздикина, смирно!! — заорал на неё Николай, вспоминая, как это делали сержанты десантных тренировочных подразделений на учебном полигоне.
Она резко выпрямилась и замерла, вытянув руки по швам.
— Два шага вперёд, — скомандовал Соколов. Она незамедлительно подчинилась.
Николай подошёл к ней спереди, вплотную. На шпильках она почти достаёт макушкой до его глаз. В её взгляде одновременно удивление, растерянность и почти детский страх. Николай оглядел её с ног, до головы, медленно, чтобы она хорошо это видела. Потом обошёл вокруг неё, разглядывая её тело в подробностях. Соколов ещё не смотрел в деле, насколько процентов нервная система Гвоздикиной натуральна, но когда он закончил осмотр, на её щеках играл румянец.
— Так. Значит, это ты моя боевая единица, — сказал Николай максимально холодным тоном. И подняв руку, пальцем в защитной перчатке оттянул полоску ткани, прикрывающую грудь Гвоздикиной. Разумеется заглядывая туда во все глаза.
— Что вы… - возмутилась было она, краснея окончательно.
— Смир-р-рна!!! — рявкнул на неё Соколов. Гвоздикина подчинилась, замерев. Её щёки пылали.
Он продолжал нахально разглядывать её грудь. Потом отпустил ткань, посмотрев в глаза, как ни в чём ни бывало.
— Да, Гвоздикина, камуфляж у тебя не очень. Видно тебя всю, в подробностях. Но мне понравилось. Настоящая хризантема. Или гвоздика. В общем, цветочек.
Она молча слушала, в её серо-голубых глазах мелькали разнообразные, многочисленные эмоции. Буря эмоций. Чего и добивался Соколов.
— Вот что, Цветочек. Я твой новый командир. Зовут меня Николай Соколов. Не знаю чем ты тут занималась, но сейчас у нас будет серьёзное дело. За мной.
В оружейной Соколов наконец смог взглянуть, что позволял ему взять приказ от Маккелен. Глаза мгновенно полезли на лоб. Ему разрешалось брать любое личное и совместимое с «хризантемой» вооружение и системы. Николай не раздумывая выписал Цветочку самый защищённый и тяжеловооружённый вариант оснащения из доступных. Молча следовавшая за ним Гвоздикина, получив наряд, прошла в помещение для оборудования боевых киборгов. Себе же Соколов взял дополнительный маскировочный чехол для бронекостюма, со встроенной дополнительной защитой, полевой командный дельта передатчик, с усилителем против глушилок и АДА-4, с четырьмя магазинами. Нацепив всё это на себя, он снова решил перечитать некоторые детали в прилагавшихся к приказам документах.