Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

Каковы бы ни были причины, побуждающие трёхпалого убивать, он вряд ли в таком состоянии испугается сидящего на поляне человека. Зато отсюда круговой обзор, и вполне вероятно, что трёхпалый ещё раз пробежит по собственным следам. «Пожалуй, я выбрал самую удачную позицию», — подумал Грауфф. И с удивлением отметил, что это нисколько его не радует.

Охотник слышал, как звери прошли рядом с Бурлакой, потом отвернули в сторону, пошли на эколога, но тот, видимо, опоздал подстроиться, и звери промчались мимо.

Теперь, если они выдержат ту же траекторию движения, то минуты через две пройдут где-то здесь.

Грауфф легонько хлопнул указательным пальцем по боковой плоскости спускового крючка. Предохранитель — маленькая алая кнопочка — со щелчком ушёл

влево. И сразу же пришло ощущение того, что оружие на боевом взводе, готово к стрельбе.

Доктор ласково погладил цевье своего ружья. Это был антикварный пятизарядный охотничий автомат с прекрасной отделкой, гравировкой на предохранительной скобе, перламутровой инкрустацией на ложе. Автомат обладал хорошей кучностью и прекрасным резким боем, охотники завидовали Грауффу, что у него почти никогда не остаётся подранков. Грауфф получил автомат в наследство от отца, отцу он достался от деда, а деду его сделали на заказ по образцу из музея охотничьего оружия. Грауфф гордился своим автоматом, как, впрочем, и большинство опытных охотников гордятся своими ружьями, будь то двухстволка с горизонтальным расположением стволов или изящный бокфлинт, выполненные по моделям девятнадцатого — двадцатого веков, дубликат средневековой пищали в облегчённом варианте, похожий на маленькую пушку или даже рычажный арбалет с пластиковым ложем. Впрочем, молодёжь иногда роптала, что приходится охотиться с таким допотопным оружием, но Грауфф давно оценил и поддерживал закон, запрещающий развитие и совершенствование средств спортивной охоты и рыбной ловли.

Такой закон был принят много веков назад и едва не опоздал: достижения науки и техники, применённые к охотничьему оружию, сделали охоту настолько комфортабельной, безопасной и добычливой, что нелёгкий спорт выносливых, мужественных энтузиастов начал превращаться в жестокое развлечение для любителей пострелять. По новым правилам на охоту разрешалось выходить с оружием образца не позднее середины двадцатого века, запрещалось во время охоты использовать наземные или воздушные транспортные средства, биорадары, гипноманки; нельзя было на охоте пользоваться радио- или видеосвязью, только в случае опасности охотник мог активировать миниатюрный передатчик, который давал только один сигнал — SOS. По этому сигналу немедленно прибывал спасательный рафт, независимо от ситуации охота автоматически считалась законченной, а охотник возвращался на базу. За исключением самых экстремальных обстоятельств, возвращение подобным образом в прах рассыпало охотничью репутацию, поэтому охотники вообще старались забыть, в какую пуговицу или пряжку костюма вмонтирована радиосирена.

Охота благодаря этому закону снова стала суровой — не просто радостью общения с живой природой; впрочем, Глеи Грауфф и не представлял себе иначе. Он считал, что ни разу не погрешил против охотничьих правил, разве что благодаря объективному стечению обстоятельств имел возможность иногда охотиться там, где другим охота была заказана.

На самом дальнем краю прогалины затряслись, шумно всколыхнулись ветки. Из кустов полосатой стрелой вылетела взъерошенная, расцвеченная, как бенгальский тигр, лисица, в один прыжок перескочила полянку и скрылась в лесу. Спустя несколько секунд чуть подальше, за деревьями, возник массивный силуэт, мелькнули высокие ноги, и, прохрустев копытами по сушняку, зверь понёсся вслед за лисой в сторону Бурлаки.

Грауфф успел заметить только, что ноги у животного были толстые, толще, чем у коня или лося, а на стройной изящной шее сидела непропорционально маленькая голова с одним или двумя рожками. Трёхпалый показался лишь на долю мгновения, и стрелять по нему через деревья и кусты было бесполезно.

Грауфф вытер со лба пот и с облегчением повесил автомат на плечо.

…Бурлака услышал приближающийся треск и вдруг ощутил с абсолютной интуитивной уверенностью, что звери сейчас выйдут на него. Шум надвигался справа и несколько сзади. «Не перейти ли на другую сторону?» — подумал Бурлака и решил остаться на месте.

С его позиции простреливалась вся поляна, и по такой крупной цели, как трёхпалый, он не промажет, откуда бы она ни появилась. Тем более что первым выскочит преследуемый зверёк и у Бурлаки будет секунда, чтобы собраться.

Он расставил пошире ноги, несколько раз качнулся с пятки на мысок, чтобы получить лучший упор, взял на изготовку ружьё.

Хрустнула ветка, и на поляну выкатился рыже-красно-чёрный пушистый комок. В первый момент Бурлаке показалось, что это тигрёнок, потом он сообразил, что видит полосатую анторгскую лису. Тяжело дыша, лисица затравленно огляделась, припала к земле и исчезла в кустах, вильнув быстрым и ярким, как комета, хвостом.

«Ну вот, сейчас… — подумал Бурлака, и сердце его забилось знакомым торопливым стуком. — Сейчас он выйдет…»

С точки зрения охоты с гончими завкосмопортом рассуждал правильно: на Земле собаки бежали бы за лисой точно по её следу и обязательно вышли бы под выстрел там, где их и ожидал охотник. Такая же тактика была бы верна, если бы Бурлака охотился и на любого хищника: пока хищник не видит свою жертву, он идёт строго по её следу и компас его на охоте — обоняние.

Но трёхпалый не был земным зверем. Он даже не был хищником. И земной логикой нельзя было объяснить неземные инстинкты, которые побуждали его убивать. Преследуя свою очередную жертву, трёхпалый натолкнулся на другой след, пересекающий след лисицы. Он был проложен чуть раньше, чем лисий, но запах от него шёл резкий и свежий. Трёхпалый принюхался и уже в воздухе уловил тот же запах, доносившийся из-за ближайших кустов. Не раздумывая, трёхпалый оставил лису и бросился по новому следу. Его вёл мудрый древний инстинкт: ближний враг — самый опасный враг.

Бурлака, загипнотизированный земными аналогиями и собственной самоуверенностью, ещё не понимал, отказывался понять, что ошибся, что трёхпалый мчится через заросли не туда, где он его ждёт, а прямо на него.

Сквозь густой кустарник Бурлака разглядел трёхпалого, когда тот был уже в нескольких шагах. Он не рассчитывал стрелять в этом направлении, повернуть стволы в ту сторону мешали ветки, и всё же благодаря многолетней охотничьей сноровке Бурлака успел прижать приклад к бедру и, не целясь, спустить курок.

В следующее мгновение острогранный треугольник тяжёлого копыта, словно выпущенный живой катапультой снаряд, обрушился ему на голову.

Огненной, прожигающей насквозь вспышкой взорвались лес, кусты, небо, так похожие на земные, рассыпались на красные искры и погасли.

Глава 9

Обессиленно положив морду на землю, трёхпалый на боку лежал под колючим разлапистым кустарником.

На ветку над ним уселась крупная клювастая птица, ветка со скрипом прогнулась, едва не коснувшись его спины, но трёхпалый не пошевелился, лишь устало повёл большими влажными глазами. Последние сутки стоили ему всех сил, и сейчас, лёжа под кустами на берегу реки, трёхпалый испытывал удивительное, глубочайшее спокойствие от того, что приготовился к Главному.

Приближение Главного он почувствовал несколько дней назад. Сперва в нём колыхнулась боль — вспыхнула и тут же угасла, словно кто-то вонзил и сразу вытащил из него занозу. Потом боль вернулась, волной хлынула в мозг и снова ушла, уступив место странному, беспокойному возбуждению. Возбуждение росло, вздувалось пузырями, пенилось, заполняя всё его существо. Он уже не мог спокойно пастись, обрывая жёсткими беззубыми челюстями молодые побеги и сочные колючки, его раздражал каждый шорох, каждый живой запах, каждый птичий крик. В любом животном, с которым он сталкивался на лесных тропах у водопоя, ему чудилась какая-то необъяснимая опасность. Раньше он, трёхпалый, никого в лесу не боялся, а теперь при встрече с теми, на кого он никогда не обращал внимания, с кем мог безразлично стоять бок о бок и пить воду, — теперь глаза его наливались кровью, копыто само собой начинало рыть землю, а голова наклонялась, угрожающе выставляя вперёд острый витой рог.

Поделиться:
Популярные книги

Газлайтер. Том 8

Володин Григорий
8. История Телепата
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
5.00
рейтинг книги
Газлайтер. Том 8

Недотрога для темного дракона

Панфилова Алина
Фантастика:
юмористическое фэнтези
фэнтези
сказочная фантастика
5.00
рейтинг книги
Недотрога для темного дракона

Красная королева

Ром Полина
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Красная королева

Архил...?

Кожевников Павел
1. Архил...?
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Архил...?

Бестужев. Служба Государевой Безопасности. Книга третья

Измайлов Сергей
3. Граф Бестужев
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Бестужев. Служба Государевой Безопасности. Книга третья

Кодекс Охотника. Книга XV

Винокуров Юрий
15. Кодекс Охотника
Фантастика:
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XV

Хозяйка расцветающего поместья

Шнейдер Наталья
Фантастика:
попаданцы
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Хозяйка расцветающего поместья

Блуждающие огни 2

Панченко Андрей Алексеевич
2. Блуждающие огни
Фантастика:
боевая фантастика
космическая фантастика
попаданцы
альтернативная история
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Блуждающие огни 2

Возвышение Меркурия. Книга 15

Кронос Александр
15. Меркурий
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Возвышение Меркурия. Книга 15

Доктор 2

Афанасьев Семён
2. Доктор
Фантастика:
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Доктор 2

Игра престолов

Мартин Джордж Р.Р.
Фантастика:
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Игра престолов

Леди для короля. Оборотная сторона короны

Воронцова Александра
3. Королевская охота
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Леди для короля. Оборотная сторона короны

Проданная невеста

Wolf Lita
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.80
рейтинг книги
Проданная невеста

Опасная любовь командора

Муратова Ульяна
1. Проклятые луной
Фантастика:
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Опасная любовь командора