Игра ва-банк
Шрифт:
Все-таки я настолько привыкла видеть Тэмаки «при полном параде» – гладко выбритым и одетым с иголочки, что вот такой «уютно-домашний» Хиро оказался для меня полной неожиданностью.
– Ну что, полегчало? – не смогла удержаться я от издевательски-сочувственного тона.
Обиды в ответном взгляде Хиро хватило бы на десятерых детишек, оставленных на Рождество без подарков.
– Нечего пить всякую гадость, тогда и лечиться не придется, – наставительно заметила я. – Неужели вас мама не учила, что у ведьм ничего брать нельзя?
– Ну это же твоя бабушка бренди принесла. – Он сдернул с шеи полотенце. – Якобы
Краска предательски бросилась мне в лицо, щеки обдало жаром.
– Понятно… – протянул Хиро, подсушивая полотенцем волосы. – Приставал, значит… Хотя странно это все, обычно на меня подобные ведьмовские штучки не действуют.
– Как это?
– Кофе нальешь – покажу, – усмехнулся Тэмаки, подсаживаясь к барной стойке. – Достань там из левого шкафчика пакет с рогаликами. Нет, не в том. Левее.
В полном шоке от этого нового, какого-то по-человечески близкого и понятного Хиро я беспрекословно исполнила его просьбу. Прежде чем взяться за кружку, он отбросил полотенце и тряхнул головой. В легком облачке брызг все идеально улеглось волосок к волоску – нарочито неровный пробор, косая рваная челка, ровные пряди вдоль шеи. Точно над его прической не менее часа трудился профи, изведя при этом полфлакона лака.
– Обалдеть! Как это вы?..
Хиро отхлебнул из чашки.
– Три года назад я был обвинителем в одном деле о браконьерстве в Рассветном море. Некое судно промышляло отловом сирен с дальнейшей поставкой их в бордели на материк. Перевозку переживала одна из десяти в лучшем случае, но и это с лихвой окупало промысел. В общем, там не так чтобы все интересно. Долгий процесс был, муторный, но я для каждого добился максимального срока…
Уставившись в одну точку, он замолчал, задумчиво отщипывая от рогалика небольшие кусочки и отправляя их в рот.
– А волосы при чем? – не выдержала я.
Рассветник вздрогнул и очнулся.
– Жена одного из браконьеров оказалась нелегальной ведьмой. Решила отомстить выскочке-прокурору, у которого… как же это у вас говорится… а!.. губы от молока еще не высохли. Принесла мне якобы петицию от жен осужденных рыбаков. На входе охрана проверила – никакого магического фона ни на бумаге, ни на женщине. А она, пока шла до моего кабинета, заглянула в дамскую комнату…
Распознать ведьму невероятно трудно, ведь она не использует собственную энергию, чтобы творить магию. Ведьма просто знает, что и с чем надо смешать, чтобы получилось чудо. И только она может соединить несоединимое, получая замесь. Этому нельзя научить, универсальных рецептов здесь не существует, пропорции определяются исключительно природным чутьем каждой отдельно взятой ведьмы. Все эти ведьмовские гримуары [11] – плод воспаленного воображения первых инквизиторов.
11
Гримуар (фр. grimoire) – книга, описывающая магические процедуры и заклинания для вызова духов (демонов) или содержащая еще какие-либо колдовские рецепты.
Да, в библиотеке
Однако пока ведьма этого не сделала, поймать ее за руку практически невозможно. Поэтому-то Инквизиция в бесспорном порядке подписывает ведьм на лицензию, чтобы иметь хоть какой-то контроль над ними.
Хуже дело обстоит только с нами, проклятыми. Но об этом как-нибудь в другой раз.
– Прочитавший прошение должен был либо до конца жизни стать рабом ведьмы, либо облысеть и покрыться незаживающими язвами. На выбор. Со мной, как видишь, ни того ни другого не случилось.
– А что тогда случилось?
Дожевав рогалик, Тэмаки пожал плечами:
– Акума его знает. Направленные на меня заклинания, как правило, либо не срабатывают вовсе, либо оборачиваются мне на пользу. Похожих случаев было не один и не два. Помню, когда моя семья пыталась породниться с семьей Хасегава, мне приворотное зелье даже в мисо-суп подливали. Чувств к Аой у меня так и не появилось, но кишечник работал как часы. Однако в любом случае спасибо той ведьме за то, что проблем с прической у меня теперь нет. – Хиро большим глотком допил кофе и вылез из-за стола.
Мне срочно пришлось отвести взгляд – рассветник довольно потянулся, так что под майкой обрисовался твердый рельеф груди.
Ну что со мной сегодня такое! Срочно мыть посуду. Как говорит мама, чистая посуда – чистые помыслы!
– Ты на работу не опоздаешь? – донесся до меня сквозь шум льющейся воды вопрос Хиро.
– Мне к одиннадцати. Кстати, я сегодня дежурю, поэтому буду поздно.
– Ясно. – Он по-хозяйски ухватил меня за талию и сдвинул с пути, пробираясь к холодильнику за бутылкой питьевого йогурта.
От неожиданности я чуть не выронила скользкую от пены чашку. Затем пару раз глубоко вдохнула, приводя себя в чувство, быстренько домыла посуду и поспешила скрыться у себя на антресоли. Лучше уж припереться на работу пораньше или прогуляться по Мэгпай-стрит, чем оставаться наедине с Хиро. А то после сегодняшней ночи в голове у меня мелькали мысли одна другой провокационнее.
Рассветник же, не подозревая о моих душевных терзаниях, засел в гостиной, нацепив очки и обложившись документами. Он пристроил на стол супертонкий ноутбук на свободное от пухлых папок место и увлеченно настукивал что-то на клавиатуре. Периодически Хиро лез в очередную папку, быстро перелистывал документы, находил нужный, углублялся в чтение, после чего снова возвращался к ноутбуку.
– Я пошла.
– Счастливо, – не отрывая взгляда от экрана, махнул рукой Тэмаки.
Под ногами раздался шорох. Я подняла листок, на который чуть не наступила, и невольно вчиталась. Это была обычная манограмма – динамика за последние полгода с помесячной разбивкой. Ну, знаете, такие просят предоставить в магбанке для заполнения заявки на получение кредита.
– Какая образцово-показательная манограмма, прямо как по учебнику, – заметила я, положив листок на ближайшую ко мне папку.