Ларец Душ
Шрифт:
Её массивные дубовые доски были выкрашены в черный цвет, держалась она на огромных железных петлях, а толстый засов был заперт здоровенным, совсем новеньким замком. На сей раз честь взяться за дело выпала Алеку, и он спокойно взломал его. На всякий случай отступив в сторонку, они ощутили, как им в лица снова пахнуло прохладным и спёртым воздухом, с явственной примесью дыма недавно потушенной свечки.
В самом центре небольшого помещения стоял простой деревянный стол, по одной стене, до самой её середины шли две стойки, наподобие винных, шести футов в высоту и, похоже, сооруженные
Серегил быстренько их пересчитал: сто двадцать восемь штук — семьдесят на левой стойке и пятьдесят восемь на правой, всё аккуратненько, рядок к рядку. И да, некоторые были запечатаны темно-зеленым воском, другие — пустые, но что-то во всём этом порядке напрягло Серегила. Ну, как тогда, с замаскированным Брадером.
На столе, в разбитой посудине, стояла толстая оплывшая свечка, рядом — маленькая рабочая шкатулка, палочки зеленого воска, корзина с пробками, а ещё — плошка с мусором, в которой валялось что-то вроде использованных печатей всё из того же зеленого воска. Открыв шкатулку, Серегил обнаружил в ней набор изящных инструментов и потертый медный стилус, позеленевший от времени, весь, за исключением кончика, который посверкивал свежезаточенным красноватым острием.
– Хмм, здесь, на стилусе осталось немного воска, — он поглядел на запечатанные флаконы. Ясное дело, на воске чертили какие-то знаки, да и Теро, судя по всему, весьма этим заинтересовался. — Интересно, зачем понадобились эти ювелирные инструменты?
Алек заглянул под крышку стола, или что там это было такое:
– Может, вот для этого? — он выпрямился и с торжествующим видом поставил на стол перед всеми большой открытый ларец.
Внутри находилась внушительная коллекция переливающихся перстней, серёг, колье и брошей, все вещички отменного качества, и каждая перевязана голубым шелковым шнурком с кусочком пергамента. На каждом кусочке — имя, написанное элегантным и чётким почерком Атре.
– Он решил облегчить нашу задачу.
– Колечко Иллии, должно быть, тоже здесь! — и не успел Серегил остановить Микама, как тот вытряхнул ларец, рассыпав драгоценности по столу, и начал яростно в них копаться.
Алек с Серегилом принялись ему помогать.
Алек выбрал из кучи одно кольцо с большим рубином, подписанное именем «Райлин», и серебряную брошку, украшенную сердоликом. Она была помечена «Эона».
– Лорд Райлин, скорее всего, — негромко сказал Серегил и, забрав перстень, взвесил его на ладони. — Голову даю на отсечение, что раньше видел его на нём. А это, должно быть, от вдовы Ланеуса Эоны.
– Позволь-ка мне взглянуть, — Теро взял брошь и через пару мгновений кивнул:- Да, я ещё явственно ощущаю её энергетику на ней. Её тётушка подарила ей это, когда ей было одиннадцать лет, — сказав так, он снова повернулся к стойкам, которые тщательно осматривал.
– А вот это подарок Селина, — Алек поднял тонкую золотую цепочку.
– Кольца Иллии тут нет! — прорычал Микам, когда они разобрали всё до последней вещицы.
– Равно, как и броши Элани, — ответил Серегил.
– Здесь есть ещё одна
Этот был размером побольше и запирался всего лишь на грубый крючок.
– Похоже, старинный, — Алек открыл его, а увидев содержимое, присвистнул сквозь зубы.
Тут были сломанные игрушки и резная ореховая скорлупа. Кулон в виде одинокой морской ракушки на обрывке грязного шнурка. Оловянное колечко грубой отливки. Наверное, с сотню всякой мелочевки и ерунды, которую можно подобрать где-нибудь в канаве или куче мусора. А ещё — прядки волос, скрепленных кусочками воска. Всё это уже не было подписано, но один, светлый и грязный клок волос был узнаваем.
– Кепи. Он говорил, что сторговался с ними за свою прядь, — сказал Алек.
Теро коснулся его:
– Маленький оборванец с острой мордашкой.
– Он.
Микам высыпал на стол и его, рядом с драгоценностями, и принялся рыться в них, ища дочкино серебряное кольцо.
И пока остальные были заняты содержимым грубого сундука, Теро вернулся к стойкам.
– Тут тоже нет, — сказал, наконец, Микам.
– И, думаю, я знаю, почему, — отозвался Теро, беря в руки одну запечатанную воском бутылочку. — Тут везде, насколько я успел понять, находятся штучки, вроде этих. Должно быть, её кольцо в одном из этих флаконов.
Он поднёс бутылочку к свету. Толстое, грубое стекло выглядело старым, всё в бороздах и пузырьках, но внутри всё же можно было рассмотреть косичку из волос.
Серегил взял со стойки другую. Жидкость в ней была молочно-белой, однако поднеся её к свету, он сумел рассмотреть очертания свиного клыка.
Он передал флакон Алеку.
– Тот парень, у которого был желтый камень, он же говорил, что выменял его на свиной клык?
– Да!
– Так вот что они делают со всем этим. Мы должны отыскать колечко Иллии, — сказал Микам. — Мы должны проверить каждую чёртову склянку!
Начав с верхушки левой стойки, он принялся доставать флаконы один за одним и светить на них своим камнем, подобно тому, как фермер просвечивает куриные яйца. Теро и остальные занялись тем же самым.
– Чувствуешь, какая тут магия во всех них? — произнёс Серегил.
Теро кивнул.
– И что, ты не уловил эту магию от остальных актёров, кроме Брадера? — спросил Микам.
– Думаю, что-то такое я ощутил ещё тогда, на вечеринке у Алека, — ответил маг.
– А никакого Брадера там не было. Только Атре, — задумался Серегил. — Получается, задействованы как минимум эти двое.
– Атре же говорил, что сначала они с Брадером путешествовали вдвоём, и только потом, на севере, им встретились остальные, — сказал Алек. — Разве он не говорил тебе, Серегил, что они с Брадером родня?
– Кузены, по-моему. Тогда это могут быть только они вдвоем.
Алек взял со стола кольцо, помеченное как «Олия».
– Почему же он подписывает только дорогие вещи?
– Думаю, вот почему, — сказал Микам.
Он протянул им пустую бутыль, демонстрируя небольшой пергаментный ярлычок, прикрепленный к его стенке при помощи нескольких капель воска. На нём было нацарапано имя.