Литературная Газета 6418 ( № 23 2013)
Шрифт:
А вот интереснейшее свидетельство от 6 августа 1662 года: «Обедни Государь (Алексей Михайлович) слушал у праздника Преображения Спасова Нового монастыря. А на Государе было платья; ферезия, сукно скорлат червчет, с широким кружевом, холодная; ферези, атлас бел, испод соболий, зипун без обнизи, шапка, бархат двоеморх шафранного цвета с большими запоны».
Исторические источники отмечают, что особенно часто – каждую неделю! – приезжал в монастырь царь Фёдор Алексеевич.
Видели в Новоспасском и царей-братьев Ивана и Петра. А в 1716 году Пётр I, выражая особое своё отношение к монастырю, велел отлить для него большой колокол. А ведь в это
Но чем меньше романовской крови было в каждом следующем монархе, тем реже они посещали могилы предков. Последней, кто привечала монастырь, была императрица Елизавета Петровна. А уж при Екатерине II ни о каком особом отношении к Новоспасскому не было и речи. Считаные разы бывали здесь Александр I и Николай I.
1812 год огненным ураганом прошёлся по обители – многие гробницы Романовых были утрачены, осталось чуть больше тридцати. Восстановить родовую усыпальницу решил Александр II в 1857 году, в результате чего гробницы были отделаны белым камнем.
Последним из Романовых, чей прах нашёл пристанище в родовой усыпальнице в 1995 году, стал великий князь Сергей Александрович, погибший от бомбы террориста Ивана Каляева 4 февраля 1905 года.
– Насколько искренней и глубокой вам видится религиозность тогдашних царей? Что это – в большей степени веление сердца или политический антураж?
– Первые цари из династии Романовых были на редкость набожными людьми. Вера в Бога воплощалась у Романовых в том числе и в строительстве Русской православной церкви – основании храмов и монастырей, в щедром жертвовании богатых даров и вкладов на развитие церковной жизни. Одним из самых известных, возникших таким образом монастырей является Страстной, стоявший ранее на одноимённой площади, известной ныне как Пушкинская.
Михаил Фёдорович часто ездил к чудотворным иконам. Тут было и естественное желание излечиться от нездоровья. Человек он оказался болезненный, и без того слабый духом, испытывал частые физические страдания. Быстро утомляли его и езда, и ходьба, и даже долгое сидение на троне. К тому же иностранные лекари нашли у царя признаки водянки. Первая жена его умерла вскоре после свадьбы, а из трёх сыновей от второго брака выжил лишь один. Всё это тяжёлым спудом давило на слабую и впечатлительную натуру Михаила Фёдоровича.
Следующий самодержец Алексей Михайлович словно по недоразумению назван в русской истории Тишайшим. А ведь чего только при нём не случилось! Война, Смута, Соляной и Медный бунты, восстание Степана Разина, церковный раскол... Кровь непрекращавшимся потоком лилась три десятка лет. Тишайшим был его характер, а не правление. Такого доброго и мягкого царя подданные ещё не видели. Да и опытные, много чего повидавшие на Руси заморские посланцы это отмечали. Какой странный царь у русских – при своей безграничной власти над народом не посягнул ни на чьё имущество, ни на чью жизнь, ни на чью честь, сказал, как отмерил, австрийский посол Мейерберг.
Образцом набожности назвал Василий Ключевский царя Алексея Михайловича.
– Даже Ключевский – этот едкий критик политического лицемерия?
– Такова уж историческая правда… С любым иноком Алексей Михайлович мог потягаться в искусстве молиться и поститься: в постные недели он ел один раз в день, и притом капусту, грузди да ягоды. А в иные дни и вовсе и не пил, и не ел. По шесть часов кряду стоял он в церкви, отмеривая по полторы
Отмеченное в книге «Выходы государей, царей и великих князей Михаила Фёдоровича, Алексея Михайловича и Фёдора Алексеевича» посещение новым самодержцем только что отстроенной церкви («в 1646 году 25 октября был крестный ход в церковь Страстной Богоматери») позволяет с большой вероятностью предположить, что именно в этот день храм и был освящён. В дальнейшем царь Алексей Михайлович неоднократно бывал на Страстной площади, приходя в церковь, как правило, на праздник Страстной иконы Божией Матери.
А в 1651 году здесь же, на площади, состоялась торжественная встреча царём Алексеем Михайловичем, патриархом Иосифом и боярством принесённых из Старицкого монастыря останков святейшего Иова, Патриарха Московского в 1589–1605 гг. Патриарх Иов, не признавший Лжедмитрия I царём, был лишён самозванцем сана и сослан им в Старицу, где и скончался в 1607 году. Царь Алексей Михайлович пожелал воздать сверженному патриарху посмертные почести, перезахоронив его в Успенском соборе Кремля.
А вскоре после этого царь повелел основать у Тверских ворот Белого города «монастырь девичий во имя Страстной Божией Матери». Сосредоточием монастырской жизни стал не храм, а уже собор Страстной иконы Божией Матери.
– Какие обычаи, приметы, идеологемы Московской Руси остались актуальными и в последующей истории нашей страны? Что особенно остро воспринимается сегодня?
– Я бы назвал такую идеологему событий четырёхсотлетней давности, как «природность» первого царя из династии Романовых. Ведь не будем забывать, что, когда участники Земского собора приехали в Ипатьевский монастырь, он и его мать инокиня Марфа принялись отказываться от такой чести, заявив послам, что Михаил Фёдорович царём быть не хочет. По словам историка Соловьёва, мать будущего царя объяснила: «Сын мой в несовершенных летах, и люди Московского государства измалодушествовались, прежним государям – царю Борису, Лжедимитрию и Василию Шуйскому присягали и потом изменили. Кроме того, Московское государство разорено вконец: прежних сокровищ царских нет, земли розданы, служилые люди обеднели... И будущему царю чем служилых людей жаловать, свой двор содержать и как против недругов стоять? Наконец, митрополит Филарет в плену у польского короля, который, узнавши об избрании сына, отомстит за это на отце».
В ответ на это послы успокоили её, заявив, что «избран Михаил по Божьей воле, а три прежних государя садились на престол по своему желанию, неправо, отчего во всех людях Московского государства была рознь и междоусобие. Теперь же русские люди наказались все и пришли в соединение во всех городах... Послы долго упрашивали Михаила и мать его, грозили, что в случае отказа Бог взыщет на нём окончательное разорение государства. Наконец, Марфа Ивановна благословила сына принять престол», отмечал Соловьёв. Особо отметим в этих словах историка саму суть событий, сделавшую их судьбоносными: Михаил Фёдорович был избран на царский престол, а его предшественники сами занимали его. А теперь задумайтесь: разве мало было у нас в истории царей, вождей, президентов, занимавших трон по своей воле, а не по высшей?