Только не дворецкий
Шрифт:
— Вы хотели поговорить со мной? — спросил Гай.
— Да, если позволите. Я понимаю, вы пережили тяжелое потрясение. Садитесь, пожалуйста.
Гай выбрал самое дальнее от радиоприемника кресло.
— Отчего умер отец? Это был удар?
— Доктора пока не могут сказать. Придется делать вскрытие.
— Боже правый! И дознание будет?
— Боюсь, что так.
— Какой ужас! — горячо воскликнул Гай. — Нов чем же дело, как вы думаете? Чего там темнят
— Врачи полагают, что от удара током.
— И как это произошло?
— Мы не знаем. Похоже, что причиной всему его радиоприемник.
— Да это же невозможно. Я думал, они все надежно защищены.
— Именно так. Если в них не копаться.
На мгновение Гай явственно перепугался. Но тотчас же испуг в его взгляде сменился облегчением. Он совершенно расслабился…
— Ну да, — сказал он, — отец ведь вечно там ковырялся. И что он наделал?
— Ничего.
— Но вы ведь сами сказали, если виной всему приемник, значит, он что-то там разобрал?
— Если кто-то и разбирал радиоприемник, то потом его снова привели в порядок.
Гай шевельнул губами, но не вымолвил ни слова. Вдруг он очень сильно побледнел.
— Самивидите, — сказал Аллейн, — ваш отец тут ни при чем.
— Тогда, значит, его убило не радио.
— А это, я надеюсь, мы узнаем после вскрытия.
— Я ничего не знаю о радио, — вдруг вырвалось у Гая, — я ничего не понимаю. Какая-то бессмыслица. Да никто, кроме отца, и не трогал этот приемник. Он над ним прямо трясся.
К радио никто и близко не подходил.
— Понимаю. Он увлекался радиотехникой?
— Да, это было его единственным увлечением, кроме работы.
— Один из приехавших со мной полицейских немного в этом разбирается, — сказал Аллейн. — Говорит, что этот приемник — последнее слово техники. Вы сказали, что в радио ничего не понимаете. А как насчет других ваших родственников?
— Одно время мой младший брат интересовался радиотехникой, но потом забросил это дело. Отец не позволил бы, чтобы в доме появился еще один радиоприемник.
— Быть может, он сумеет нам что-нибудь подсказать.
— Но если сейчас там все в порядке…
— Нельзя упускать ни одной возможности.
— Вы говорите, будто… будто…
— Пока не было дознания, я не могу ничего говорить с уверенностью, — ответил Аллейн. — Мистер Тонкс, кто-то мог затаить злобу на вашего отца?
Гай снова вскинул голову. Он посмотрел Аллейну прямо в глаза.
— Да почти все, кто его знал, — ответил Гай.
— Вы не преувеличиваете?
— Нет. Вы ведь думаете, что его убили, не правда ли?
Внезапно
— Вы это раньше видели? — резко спросил он.
Гай поглядел на две округлые черные ручки, лежавшие рядом в пепельнице.
— Эти штуки? — переспросил он. — Нет, не видел. А что это?
— Думаю, это и есть причина смерти вашего отца.
Дверь кабинета распахнулась, и вошел Артур Тонкс.
— Гай, да что происходит? — спросил он. — Мы не можем весь день просидеть в гостиной. Это невыносимо. Ради бога, скажите же, что с ним случилось?
— Они думают, что его убили эти штуки, — сказал Гай.
— Вот эти? — На долю секунды взгляд Артура метнулся к карнизу. Затем, как-то странно дрогнув ресницами, он отвел глаза.
— Что вы имеете в виду? — спросил он Аллейна.
— Не могли бы вы надеть одну из этих ручек на стержень регулятора громкости?
— Но ведь они металлические, — заметил Артур.
— Радио выключено.
Артур вытащил одну ручку из пепельницы, подошел к приемнику и надел ручку на стержень.
— Болтается, — быстро сказал он, — держаться не будет.
— Будет, если ее набить, например, промокательной бумагой.
— Откуда вы их взяли? — требовательно спросил Артур.
— Вы ведь сразу их узнали, да? Я видел, как вы глянули на карниз.
— Конечно, я их узнал. В прошлом году Филлипа позировала мне на фоне этих самых занавесок, когда… он… был в отъезде. Я рисовал эти чертовы штуки.
— Послушайте, — вмешался Гай, — на что вы намекаете, мистер Аллейн? Если выхотите сказать, что мой брат…
— Я?! — вскричал Артур. — Да я-то тут при чем? Отчего вы думаете…
— Я нашел обрывки промокательной бумаги на стержнях и внутри металлических ручек, — ответил Аллейн. — Выходит, в какой-то момент бакелитовые ручки были заменены металлическими. Удивительно, не правда ли, что эти ручки так похожи между собой? Разумеется, если присмотреться, то отличия найти можно. Однако они практически незаметны.
Артур ничего не ответил. Он по-прежнему не отводил взгляда от радио.
— Всегда хотел рассмотреть его как следует, — неожиданно сказал он.
— Прошу, — вежливо ответил Аллейн. — Мы с ним уже закончили.
— Слушайте, — вдруг заметил Артур, — даже если бакелитовые ручки заменили на металлические, то все равно это никак не могло его убить. Его бы даже током не ударило. Оба регулятора заземлены.
— А вы заметили, что в панели просверлены две маленькие дырочки? — спросил Аллейн. — Как думаете, так и должно быть?