Убийство в заброшенном поместье
Шрифт:
– Подождите, – сказала она звонившему, прислоняя коробку к капоту. Номер она не узнала, но явно звонил кто-то из Абингтона.
– Не могу говорить, – сказала она, вручая телефон Гвилиму.
– О, слушаю. Телефон Джо Джонс. Роберта? А мы только… что? Когда? Ага. Хорошо, я ей передам.
– И что бы это значило? – спросила Джо. Гвилим отдал ей телефон.
– Понятия не имею. Но мы должны быть в музее завтра, причем на час раньше. Ровно в семь.
Глава 24
Утро
– Мне сказали, у нее впечатляющий хук слева, – поведал Флит МакАдамсу. МакАдамс же тихо вознес благодарности за то, что не его сержант пострадал на этот раз. Меж тем Элси показала весьма грубый жест в сторону двухстороннего зеркала и перевернула стул, прежде чем стала гневно расхаживать по комнате для допросов.
– Она говорит, это домогательство, – объяснила подоспевшая к началу допроса Грин.
– Забавно. Ее братец сказал то же самое, – задумчиво сказал МакАдамс.
– Готовы?
– Нет, но когда меня это останавливало.
Грин пошла вперед, Флит за ней. МакАдамс задержал приход адвоката Элси до самой последней минуты. Эта предосторожность могла сыграть ему на руку: если они войдут все вместе, то Элси будет метаться между адвокатом и изложением свой истории – и в то же время продолжит оскорблять полицию. А там, гляди, и скажет что-нибудь полезное. Запись пошла, и после некоторого сопротивления Элси уселась за стол напротив них.
– Закурить можно? – прошипела она. И тут же закурила, так что разрешения она не спрашивала. Рукава ее белой блузки были закатаны до локтей, а пуговицы расстегнуты так, что он мог видеть ее кружевной лифчик. Губы были накрашены ярко-красной помадой.
– Вы знаете, почему вы здесь, мисс Смайт? – спросила Грин.
– Потому что вы, черти вас дери, арестовали меня за долбаное убийство. – Слова Элси обжигали, как дым от костра, а голос почти дрожал от ярости.
– По подозрению в убийстве, не по обвинению, – уточнил МакАдамс. – Вы солгали насчет ваших отношений с Сидом Рэндлсом.
Он поднял руку, и в комнату вошел офицер со стопкой одежды и бумажным пакетом. МакАдамс развернул то, что лежало сверху.
– Мужская рубашка, 50-й размер. Немного грязная у воротника, но недавно ее гладили. И, – он взял следующую вещь, – мужские хлопковые трусы. А вот и еще одна пара мужских боксеров. Пара классических туфель, 44-й размер.
Элси дали пепельницу, но она ее игнорировала, и пепел разлетался по столу после каждой затяжки.
– И что? – спросила она.
– Вы положили эти вещи в мусорные баки возле вашей квартиры в Ньюкасле. Есть свидетель.
Элси нагнулась поближе.
– И что?
Макдамс и не ожидал, что все пройдет легко. Он кивнул Грин, и та стала доставать вещи из бумажного пакета и раскладывать их на столе.
– Средство после бритья, вскрыто.
– Вокруг меня много мужчин, а что?
– У вас один мужчина, – поправил ее МакАдамс. – Эти мешки с мусором вы привезли из дома своей тети. Где вы проживаете. А несколько недель назад там жил и Сид.
Глаза Элси цвета стали обжигали холодом.
– Пошел. Нахрен.
Снова очередь Грин. Она протянула адвокату лист бумаги.
– Сержант Грин показывает подозреваемой отчет судебно-медицинской экспертизы. Анализ подтверждает, что волокна, обнаруженные на одежде и личных вещах, принадлежат Сиду Рэндлсу, ныне покойному.
Слава богу, в Йорке своя крупная лаборатория. Мак-Адамс подождал, пока Элси сделает свой ход. Но она продолжала молча курить.
– Вы сказали, что не встречались с Сидом Рэндлсом, – надавил МакАдамс. – Я спрашивал вас на похоронах и потом в доме вашей тети.
– Я вам ответила, что последняя наша встреча была, когда он лежал в гробу. И это правда. А все остальное не ваше собачье дело.
– Наше, раз уж мы расследуем убийство, – заверил ее МакАдамс. – Мы обыскали его квартиру. И коттедж в поместье. И знаете, чего мы там не нашли? Свидетельств того, что он там жил. А жил он с вами вплоть до дня своей смерти, и вы не просто солгали – вы скрывали это, пытаясь избавиться от его вещей.
Элси пристально посмотрела на МакАдамса.
– А чего это вы не спрашиваете, где я была в ночь убийства? – сказала она. Прозвучало это холодно и очень неожиданно. – У дружка случайного, можно и так сказать. Перепихнуться на разок. У меня есть его адрес, и уж он точно меня запомнил.
Она вновь стряхнула пепел. У МакАдамса в голове происходила революция мышления. То она не готова была сообщить имя этого парня, а сейчас готова адрес предоставить? Никакой тайны клиента. Но если она состряпает правдоподобное алиби, то им крышка. Нужно, чтобы она сдала позиции во время допроса. Крошечная трещина в броне – вот что им было нужно.
– Что ж, прекрасно. – МакАдамс вновь сел на пластиковый стул. – Если убийца не вы, то кто тогда?
– Мне откуда знать?
– Вы с ним часто виделись, – сказала Грин, поигрывая флакончиком с пеной. – Это вы ему купили? Наверно, его любимая марка?
Довольно смелый ход. МакАдамсу это понравилось, и он продолжил игру.
– Обычно мы цепляемся за мелочи, но это не про вас. Кто-то назовет вас бесчувственной, но это тоже не так. – МакАдамс положил руки на стол и наклонился к ней. – Знаете, Оливия утверждает, что все еще любит его…
– Как же. – Элси снова затянулась, скривив рот в издевательской усмешке.
– И Лотте тоже, – добавил МакАдамс. – Они говорят, что заботились о нем, что бы там ни болтали люди. Заботились о нем даже больше вашего.