Вечный рассвет. Академия
Шрифт:
— Пошли! — Инквизитор бесцеремонно дернул мою руку, и я поплелась за ним, постоянно оглядываясь назад, чувствуя себя тряпичной куклой.
Мы быстро покинули бальный зал. Оказавшись в коридоре, я попыталась вырваться:
— Пусти меня! Ты…вы все чертовы прихвостни высших!
И тут Блейн заорал:
— Прекрати!! Думаешь, мне сейчас легко? Все висит на волоске! Этот чертов выродок выжил и вернулся, подумать только! — С этими словами инквизитор подтолкнул меня к лестнице, ведущей вниз.
Знакомая лестница…Я
Дальше Блейн шел молча, только задумчиво морщил лоб.
— Учитель, вы думаете, Арабелла не виновата?
— Не сомневаюсь, — пробормотал Блейн, — ублюдок Ридели-младший совсем рехнулся. Он уже пытался уничтожить инквизиторов несколько лет назад. Мы думали, что этот скользкий гад Николас убил его, согласно приговору, а он позволил племяннику выжить!
Проклятье! Пойми, Альберт Ридели — настоящий псих. Ловкий и расчетливый псих. Поверить невозможно — два сердца!
Мое собственное сердце снова пропустило пару ударов, но я набралась храбрости и спросила:
— Это он лишил вас глаза?
— Да, — выдохнул Блейн.
Мы оказались в длинном широком коридоре, в конце которого виднелась большая металлическая дверь.
Я поежилась от ледяного воздуха. Холодно. Страшно. Что будет со мной и с Майклом? Неужели придется ждать в темнице, когда мне расскажут об исходе дуэли?
Рука Блейна крепко впилась в мою ладонь. Вырваться было нельзя.
Он достал из кармана связку ключей и открыл скрипнувшую дверь, затем подтолкнул меня вперед:
— Поторопись, если хочешь встретиться с братом.
— Чтооо?
А ведь и правда, здесь они держат Эрни. Я оглядела коридор, по бокам которого виднелись темные камеры с толстыми решетками. За столько лет в темнице почти ничего не изменилось. Все то же запустение. Запах сырости и отчаяния.
И тут в одной из камер я увидела до боли знакомую тень: рыжая макушка, изумленные глаза брата, такие же зеленые, как у меня…
— Эрни! Эрни! — Я ринулась к нему, даже не заметив, что Блейн отпустил мою руку.
Брат смотрел на меня, обхватив ладонями решетку. Выглядел он неважно: похудел, осунулся, словно потерял надежду на спасение. И все-таки он был жив. Мой дорогой Эрни!
Я просунула ладонь сквозь прутья, и он сжал ее.
— Малявка Нина? — Казалось, Эрни не верит своим глазам. — Но как? Неужели это действительно ты? — Он провел рукой по моим волосам.
— Думаю, что да, братик. Как хорошо, что ты живой.
Он кивнул:
— Почему ты здесь? Эти твари тоже тебя накажут?
Я лишь пожала плечами:
— Долгая история. Может да, а может, и нет. Теперь мы с тобой соседи, Эрни.
Он вцепился в мою ладонь:
— Рассказывай!
Пришлось рассказать. Быстро, сбивчиво, опуская детали. Хорошо, что Блейн дал нам время.
Услышав мою историю, брат погрустнел еще больше:
—
— Я помню, Эрни, так что не все потеряно, — эти слова дались мне с трудом. На что мы можем надеяться? Жалкие пленники в этой темнице.
— Время, — напомнил Блейн, — я должен отвести тебя в камеру. Как видишь, рядом поселить вас не получится, — он махнул рукой в сторону камеры рядом с Эрни, полностью заваленную какими-то коробками.
— Да, — я с трудом оторвала руку от решетки, чувствуя, как Блейн тащит меня вперед, — Мы еще встретимся, Эрни!
Брат улыбнулся, только это была самая грустная улыбка на свете. Бедный, бедный Эрни…
Глаза застилали слезы, я тащилась за Блейном, свободной рукой пытаясь стереть их с лица.
Только бы не разреветься, не показать слабость в этом отвратительном месте.
Ледяной ветер из подвала заставлял дрожать от холода:
«Фьюю — тебе не выбраться, жалкая смертная».
Блейн открыл дверь пустой камеры и жестом пригласил зайти, затем снял пиджак и протянул мне:
— Здесь так холодно.
Он прошептал:
— Calidum.
По телу волной прошло спасительное тепло.
— Спасибо, — я с благодарностью на него взглянула.
— Твоему брату тоже приходится помогать, — усмехнулся инквизитор, — иначе он бы давно умер от холода.
— А Майклу… Майклу вы поможете?
Блейн тяжело вздохнул и кивнул:
— Да, чем смогу. Все-таки это я надоумил его вызвать высшего на дуэль.
— Спасибо вам, Блейн.
Я наблюдала, как он закрывает замок на двери камеры, а потом бредет в конец коридора, придерживая рукой раненное плечо.
Инквизитор скрылся из виду, и я осталась абсолютно одна в самом ужасном месте из всех возможных. Подошла к кровати, села, услышав скрип пружин, поднесла руки к лицу и тяжело вздохнула.
— Вот так возьмешь и разревешься? — Произнес рядом со мной до боли знакомый голос.
Я вздрогнула, опустила руки и увидела тонкую фигуру Арабеллы, которая стояла рядом с решеткой. Слабый свет лампы освещал ее волосы и перья на рукавах, делая похожей на сказочную фею. Только платье из белоснежного уже успело стать грязновато-серым, несколько перьев выпали, а глаза высшей сияли недобрым светом.
— Что ты здесь делаешь?
Она оглядела мою камеру:
— Вполне уютная комнатка. Ремонт бы не помешал. Я пробралась через решетки. Видишь ли, замки зачарованы, так что даже я не в силах освободиться, а вот решетки между камерами вполне поддаются моей магии. Так что могу ходить в гости к соседям сколько душе вздумается, — она невесело улыбнулась.