Звезда любви
Шрифт:
К февралю здоровье ее немного улучшилось, но она по-прежнему никуда не выходила и не выезжала из дома. Часами просиживала она в детской, наблюдая за сыном. Аня пытливо вглядывалась в его лицо, пытаясь угадать в нем черты того, кто был его отцом. Уже сейчас было видно, что у малыша будут серые глаза, а волосы темные, как у нее самой. А может, и отца его были темные волосы? — думала она, улыбаясь тому, как Николка пытается поймать ее палец, которым она медленно водила перед его лицом. В такие минуты сердце ее замирало от радости и материнской гордости. Он мой! — ликовала душа. — Мой сын! Да разве важно, кто его отец, если
С наступлением весны Анна уже совершенно оправилась и с удовольствием проводила все свое время с сыном. Ее совершенно не волновало то, что происходило за стенами усадьбы, и она старалась не думать о том, как будет воспринято появление на свет Николя. И хотя сама Анна нисколько не интересовалась уездным обществом, загадочная личность приемной дочери Василия Андреевича вызвала немалый интерес среди соседей графа. Однако даже ближайшей соседке Закревских графине Левашовой от дома было отказано после того, как с ее легкой руки в местном обществе пошли разговоры об интересном положении подопечной Василия Андреевича.
Молва единодушно приписала отцовство Закревскому. Узнав об этом, Василий Андреевич так расстроился, что тут же слег с сердечным приступом. Все заботы об имении неожиданно свалились на хрупкие плечи Анны. Аня поначалу растерялась: начиналась посевная, надо было отдать распоряжения о покупке молодняка, и еще, казалось, тысячи дел ожидали ее решения. Однако вскоре у нее вошло в привычку днем вести дела вместе с управляющим, а вечером, сидя за ужином с графом, рассказывать ему о проделанном за день. Василий Андреевич с возрастающим интересом следил за ее успехами, хвалил за верно принятые решения и гордился тем, как легко она вникала в суть происходящего в обширном хозяйстве имения. Вскоре к Анне стали обращаться с просьбами и за советом, и некоторое время спустя уже она сама находила в этом немалое удовольствие.
Самым обычным делом для нее стало с утра приказать запрячь двуколку и самой отправиться на маслобойню или на выгон, посмотреть на изрядно увеличившееся в этом году стадо. Единственным местом, которое вызывало у нее отвращение был кожевенный завод: Анна с трудом переносила запах, который источало это производство, и потому редко бывала здесь, полагаясь в основном на управляющего.
Управлять коляской ее научил кучер Закревских Егорка, подобрав довольно смирную кобылку, которую и запрягали всякий раз по просьбе барыни. Ане понравилось самой править лошадью, и вскоре она выезжала уже одна, оставляя Егора в усадьбе.
Выехав за ворота усадьбы, Анна пустила лошадку неспешной рысью по хорошо укатанной дороге. Любуясь ярким солнечным утром, зазеленевшими всходами на полях, блеском, протекающей неподалеку речушки, Аня заметила, что, довольно
— Анна Николаевна, право, какая нежданная встреча! — улыбнулась графиня. — Вы вместе с Василием Андреевичем в своем Закревском совсем затворниками сделались — никуда не выезжаете, никого не принимаете. Совсем соседей своих забыли!
— Забот полно, Александра Платоновна, — отозвалась Аня, — не до гостей нынче.
— А как здоровье драгоценного Василия Андреевича? — поинтересовалась графиня, с трудом удерживая гарцующего под ней скакуна.
— Спасибо, уже лучше.
— Ну, а как сыночек Ваш? — усмехнулась Александра Платоновна.
— Благодарю, Николенька в полном порядке, — прищурилась Анна.
— Василий Андреевич рад-радешенек, наверное: на склоне лет-то долгожданного наследника получить, — многозначительно протянула графиня.
— Что Вы имеете в виду? — холодно поинтересовалась Анна. — Если Вы полагаете, что он отец Ники, то Вы глубоко заблуждаетесь, — с трудом сдерживая клокочущую ярость, продолжила она. — Отец Ники погиб.
— Прошу прощения, Анна Николавна! Я совсем не это имела в виду, — отозвалась графиня. — Я только хотела сказать, что Василию Андреевичу несказанно повезло с такой родственницей, как Вы. Слышала я, что только благодаря Вам все имение и держится после болезни графа.
Аня чуть наклонила голову, принимая извинения.
— Стараюсь, как могу, — едва заметно улыбнулась она и поспешила закончить неприятный разговор. — Прошу прощения, но я в самом деле спешу, будем рады видеть Вас в Закревском.
— Я заеду проведать Василия Андреевича, — улыбнулась графиня. — Благодарю за приглашение! — тронув жеребца, обернулась она.
Глава 23
После встречи с вдовой радужное настроение померкло, дивное майское утро растеряло всю свою прелесть, не радовала молодая зелень полей. Вернувшись из короткой поездки, Анна прошла в столовую, где Василий Андреевич заканчивал поздний завтрак.
— Доброе утро, папенька, — прикоснулась она губами к сухой гладковыбритой щеке.
— Что-то нынче не в духе, Аннушка, — заметил граф, — Что-то не заладилось?
— Все в порядке, папенька. Был приказчик от Сухомлинского, осмотрел последнюю партию кож и остался вполне доволен, обещал рассчитаться на будущей неделе. На мельнице жернов заменили, мост через Илистую починили. Виделась с Александрой Платоновной поутру, она Вам шлет свои приветы и обещала заехать в гости.
— Хорошо, — кивнул головой Закревский. — Совсем я тебя замучил со своими делами.
— Что Вы! — улыбнулась Анна. — Все лучше, чем от безделья маяться.
Выпив чаю, Аня поднялась в детскую. Ники недавно проснулся и был бодр и весел. Сидя в кроватке, малыш с упоением перебирал серебряные погремушки. Мальчик радостно улыбнулся матери, и Анна, не сдержав ответной улыбки, взяла сына на руки. Любуясь сынишкой, молодая мать прошлась по комнате. Шаловливые ручки тотчас потянулись к брошке, которой была заколота косынка, прикрывавшая декольте прелестного утреннего платья.
— Что-то ты смурная нынче, — заметила Агата.