Московское золото или нежная попа комсомолки. Часть Вторая
Шрифт:
Чпок. Во сне он видел шикарную мягкую попу официантки Марии, или, как он её называл, Маши, из соседнего кафе. С ней Лёха познакомился буквально через пару дней после приезда в Картахену. Её черные волосы, шикарная улыбка и горячий темперамент словно олицетворяли испанский дух, который так манил Лёху. Его испанский язык значительно улучшился не только благодаря способностям от «зеленых человечков», но и регулярной практике в кровати Марии.
И тут в сон ворвался рыжий торнадо и попа Маши и сам Лёха закружился в сумасшедшем вихре. Бам! В лоб ему прилетело огромным женским кулаком
Лёха дёрнулся и проснулся, больно стукнувшись головой о стойку, когда машина подпрыгнула на особенно большой выбоине. Он огляделся по сторонам, пытаясь понять, где они находятся.
— Давно едем? — спросил он, потирая ушибленное место.
— Давно, — проворчал водитель, не отрываясь от дороги. — Что-то сегодня по другой дороге колонна пошла, вообще не пойму, где мы едем.
— О-па, а мне-то в порт срочно надо, — слегка офигел Лёха,
— А я-то при чём! Сам напросился! — радостно заржал водитель, явно находя забавным положение попутчика. — Уже минут тридцать едем, щас вообще в какие-то холмы полезли. Дорога одни камни, еще не хватало баллоны пробить.
Мотор жалостливо завывал на высокой ноте.
Лёха ещё раз оглянулся, пока он спал вокруг стемнело и действительно были видны лишь бесплодные горы, поросшие редкими кустарниками. «Куда же меня несёт!» подумал Лёха. Похоже, он влип в очередной раз.
Голова колонны исчезла за очередным поворотом, пробитым между двумя высокими камнями.
«Где же они вокруг Картахены горы то нашли», — недоумевал Лёха.
И тут вокруг началась стрельба. Захлопали одиночные выстрелы, сухие хлопки раздавались то слева, то справа. Почти сразу же им стали отвечать короткие вспышки пистолетного огня от колонны, а тут к этой какофонии добавилась басовитая трескотня пулемёта, чей рокот перекрывал все остальные звуки.
Стекло в кабине Лёхиной полуторки вдруг дрогнуло и пошло паутиной мелких трещин — пуля угодила в него, оставив круглый след на поверхности. Водитель, который только что что-то говоривший, резко замолк, его тело обмякло, и он начал медленно сползать с сиденья, оставляя на руле кровавый след. Лёха действовал инстинктивно — по афганской привычке из прошлой жизни, он не раздумывая толкнул дверь и вывалился на дорогу, одновременно выхватывая из кобуры свой верный Браунинг.
Глава 27
Бешенная табуретка
22 октября 1936 года. Окрестности Лос-Альказарес.
Лёха быстро оглянулся по сторонам и отполз к обочине, спрятавшись за небольшой холмик из камней. Стараясь понять, что происходит, он прислушивался к звукам. Стрельба не утихала, даже становилась более ожесточённой. Пулемёт загрохотал новой очередью где-то за поворотом у начала колонны, затем снова затих. Оттуда доносились крики, ругань и редкие одиночные выстрелы.
Кто-то вскрикнул на английском, резко и громко, затем раздался выстрел — и голос смолк. Лёха взглянул назад, к концу колонны. Водитель последней машины, судя по всему, пытался развернуться, но не успел — полуторка застыла поперёк дороги, а сам водитель неподвижно лежал, уткнувшись
Из-за кузова задней машины показались двое гражданской одежде и с пистолетами в руках. Они осмотрелись, затем один из них открыл дверь кабины и вытащил тело водителя. Голоса на испанском звучали всё ближе, гравий хрустел под ногами приближающихся людей.
«Мятежники что ли, или просто бандиты какие то», — подумал Лёха, глядя на медленно продвигающихся в его направлении людей.
Тут со стороны головы колонны послышался топот, и появились ещё двое похоже одетых людей. Завидев своих, первые двое радостно заорали, а один из них начал раздавать резкие команды. Из отрывистых слов Лёха разобрал, что кого-то убили и двум появившимся придётся сесть за руль.
«Франкисты похоже всё таки», — подумал Лёха.
Разделившись, франкисты начали действовать. Двое побежали в начало колонны, а один из нападавших направился к кабине Лёхиной машины. Ещё один полез за руль последней к колонне полуторки. Лёха, не теряя времени, аккуратно отполз назад, обходя последнюю машину со стороны кухова.
В этот момент полуторка, где за руль только что уселся франкист, затряслась, чихнула, и двигатель заработал на холостых оборотах. Раздался скрежет включаемой передачи и м]ашина дёрнулась назад, медленно разворачиваясь. Лёха прыжком преодолел расстояние до кабины, схватился за ручку двери и резко распахнул её. Сидящий за рулем франкист повернул голову и уставился на Лёху. На его лице начало отражаться удивление, но Лёха не дал ему времени на реакцию — выстрел, и на лбу франкиста расцвет непредусмотренный природой глаз, его голова мотнулась, а тело безжизненно вывалилось из кабины.
Лёха запрыгнул в кабину, уселся за рулем, и, налегая всем телом, стал выкручивать его до упора. Он со скрежетом воткнул передачу. «Двойной выжим сцепления!» — вылезло из глубин мозга давно забытое знание. «Вот и пригодилось практика на 53 м ГАЗоне подготовки на водителя грузовика в школьном УПК», — не к месту Лёхин мозг выдавал воспоминания на гора. Он вдавил педаль газа, чувствуя, как машина нехотя тронулась с места.
«Главное — не заглохнуть!» — билась в голове отчаянная мысль.
Полуторка взвыла, вылетела на обочину, скользнула по гравию и, вильнув, покатилась вперёд. Лёха направил её в сторону, откуда они приехали, стараясь как можно быстрее свалить с места стрельбы.
Сзади захлопали пистолетные выстрелы, послышался свист и чавканье пуль, попадающих в кузов. Лёха, вцепившись в тяжелый руль, старался придать движению машины нужное направление. Машину болтало на неровной дороге, и каждый удар по кузову отдавался глухим звуком.
— Баллоны, только не в баллоны, — бормотал он, почти повторяя недавние причитания водителя.
Дорога шла под уклон, машина увеличивала скорость, но это делало и так не легкий руль еще более «дубовым». Машина тряслась на выбоинах и камнях, и Лёха чувствовал, как её всё сильнее водит из стороны в сторону. Впереди резко показалась развилка, две дороги расходились влево и вправо, времени на раздумья не было. Лёха резко выкрутил руль налево, надеясь, что эта дорога окажется правильной.