Полночная луна
Шрифт:
Тогда я снова уставилась вниз. Лапы смотрели не в ту сторону, чтобы принадлежать кому-то еще, кроме меня.
«Опять сон!» — решила я и попыталась рассмеяться, но изо рта вылетел яростный рык дикой кошки.
Я попятилась от мертвеца, снедаемая желанием обнюхать его, отведать его плоти, но зная, что этого не следует делать, ведь стоит только один, даже самый крошечный раз, попробовать, и сон окажется явью.
Разве не этого мне хотелось?
Я подалась вперед, чувствуя трепет и отвращение от того, что собиралась
Склонившись над телом, я провела по нему носом, и тут тишину расколол щелчок взводимого курка.
Я вскинула голову. На входе в переулок стоял человек. Свет фонаря обрисовывал его темный, но такой знакомый силуэт.
Эдвард не стал ждать объяснений — словно я могла их дать в таком состоянии, — а просто взял и выстрелил.
Впрочем, я тоже пришла в движение, как только узнала шефа, и пуля, предназначавшаяся моей голове, угодила в плечо. Ощутив резкую жгучую боль, я споткнулась, однако не взорвалась и потому побежала дальше.
Я оказалась у пристани, неподалеку от дома. Держась в тени зданий и виляя из стороны в сторону, я легко оторвалась от Эдварда.
Сознание человека, тело кошки — не так уж и плохо, кабы не жажда крови.
Через пару минут я добралась до своего магазина и запрыгнула в открытое темное окно — кошачьи лапы имели массу преимуществ.
Мерфи уже ушел. И на том спасибо. Потому что, едва оказавшись дома, я снова потеряла сознание.
Проснулась я, когда солнечный свет упал на лицо. За окном щебетали птицы. У меня были ноги, а не лапы. Жизнь, можно сказать, удалась.
Я покрутила плечом и, не почувствовав боли, попыталась нащупать пулевое отверстие, но ничего не нашла. Мало того, на порезанной накануне серебряным ножом руке не было ни повязки, ни затянувшейся раны, ни даже шрама.
Я потерла лоб, и что-то зашуршало. Когда я опустила руку, на пальцах остались хлопья засохшей крови.
Бросившись в ванную, я случайно запулила ногой под кровать какой-то маленький твердый предмет. Мне было некогда выяснять, что же это такое — я еле успела добежать до унитаза, и меня сразу вырвало.
Немного оклемавшись, я приняла душ и почистила зубы. Еще даже не взглянув в зеркало, я уже знала, что там увижу. Мои глаза стали зелеными и так и не вернулись к исходному цвету.
Пронзительно зазвонил телефон, и я резко, потрясенно вздохнула, скорее даже взвизгнула. Бросившись в спальню, я схватила трубку, пока она не разразилась новой трелью. Этот визгливый звук действовал мне на нервы.
— Я выяснил, что произошло с вашим питоном.
Я совсем забыла про Лазаря в этом круговороте событий.
— Вчера ассистент забыл запереть одного из пациентов, — продолжил вещать ветеринар. — Тот бродил вокруг Лазаря, и ваш питон чуть не сошел с ума.
— Я что-то не совсем понимаю. Какой пациент?
— О, — засмеялся мой собеседник. —
Эта новость, пришедшая вслед за моим кошмаром, который не был кошмаром, очень многое объясняла.
— У меня нет кота, — оцепенело сказала я.
— Ну, может быть, вы брали чье-то животное на руки? Тогда на вас остался кошачий запах. А змеи порой очень восприимчивы.
Лазарь наверняка. Он первый почуял, что происходит.
Мои глаза зеленели даже на Гаити, но я списывала эту перемену на слишком большое влияние магии джунглей.
Я стала острее чувствовать, немного быстрее исцеляться. Разумеется, этому не было никаких разумных объяснений, наподобие хороших генов и здорового образа жизни.
До прошлой ночи.
Должно быть, я ответила на все вопросы ветеринара, потому что он попрощался. Повесив трубку, я тяжело опустилась на кровать.
Может, это очередной сон? Но как тогда быть с засохшей кровью, мгновенным заживлением руки, не говоря уже об огнестрельной ране? И была ли вообще эта рана?
Я заглянула под кровать и стала исследовать пол в поисках того маленького твердого предмета, который чуть раньше задела ногой на бегу. Серебряная пуля нашлась очень быстро. Очевидно, мое тело отторгло ее, когда я снова превратилась в женщину.
— Весьма полезный талант, — промурлыкала я, кладя пулю на тумбочку.
Похоже, мне больше не надо превращаться в оборотня. Я уже им стала.
Но как? Меня никто не кусал.
— Как и Анри.
Звук собственного голоса заставил меня подскочить. Разговаривать самой с собой, вероятно, не самая лучшая идея, но мне больше не к кому было обратиться. Если поведать Диане о своих подозрениях, она, чего доброго, поделится ими с Эдвардом, а мы уже знаем, как он поступит.
— Выстрелит в меня серебром, хотя оно, кажется, не работает.
Тем не менее в моих размышлениях имелся существенный недочет. Я считала, что не смогла поднять живого зомби, потому что не была оборотнем. Но я-то была! Так почему же у меня ничего не получилось на кладбище?
Дверной звонок начал трезвонить без остановки. Либо кнопку заклинило, либо произошло ЧП, которые время от времени случаются, так что я набросила на себя первую попавшуюся под руку одежду и поспешила в магазин.
Считая нарушителем спокойствия Диану, я распахнула дверь и вздрогнула, увидев на пороге Эдварда. Я подумала, что он снова выстрелит в меня, но шеф пришел безоружным. Чудеса, да и только!
— Рене звонила. — Он без приглашения протиснулся мимо меня в магазин. — Люди на Гаити продолжают пропадать. А ты утверждала, что бокор мертв.
— Был. То есть, мертв, — поправилась я.
— Ты проверяла?
— Э-э…
— Не проверяла? — завопил Эдвард.
— Не лично. — Я была немного не в себе, убив человека. — Это сделал Мерфи.