Предыстория под знаком вопроса
Шрифт:
Рис. История античности начинается с Гомера, Троянскую войну которого историки разместили во втором тысячелетии до н.э. Одно из последствий войны изображено на рисунке: спасшийся Эней с родственниками и другими беженцами прибывает в Италию. Только вот одет он как дворянин эпохи Возрождения, а на головах у беженцев тюрбаны, тоже бывшие в моде в это позднее с точки зрения историков время. И вооружены оба изображённые справа человека стальными мечами: бронзовый такой формы сломался бы от удара
История – не наука, ибо она описывает и изучает не действительное прошлое человека, а «прошлое», в котором реально пройденная, пережитая человечеством действительность играет второстепенную роль. Историки копаются в некоем суррогате, состоящем в большей своей части из выдуманных «историй», сливающихся в крупномасштабное виртуальное прошлое.
Иного пути, кроме как придумывать такое виртуальное древнее прошлое, у большинства историков нескольких предыдущих веков просто не существовало: слишком мало было реальных исторических документов, слишком недавно начался интерес к истории и процесс фиксации событий. Если общество (точнее, определённые его слои) формулировало «общественный заказ» на описание прошлого (о котором не было никаких сведений), задавая основные параметры этого прошлого, то поставленную задачу могли решить только авторы исторических романов и сказок. И неважно, в каком жанре (летопись или хроника, хронологические таблицы или древние «документы», исторические обзоры и т.п.) они работали.
Средневековая историография откровенно занималась выдумыванием жизнеописаний никогда не живших святых и описанием якобы совершённых ими чудес. Роль первых генераторов виртуальной картины прошлого выпала на долю гуманистов. Отмечу универсализм их виртуальных в своей исторической части познаний: почти каждый быстро узнавал все выдумки о прошлом, уже сочинённые его предшественниками и современниками. Это приводило к тому, что практически каждый гуманист понимал другого с полуслова (даже если не был согласен с его выводами) и успешно продолжал играть свою роль в написании Большой Книги Фэнтази под названием ИСТОРИЯ.
Постепенно красивые выдумки превращались в исторические догмы, расширявшиеся по принятым всеми правилам исторической игры. Эти фальшивые догмы, в том числе и растянутая, порой в дюжину раз, хронология, и по сей день играют в традиционной историографии роль грамматики для генерации «открытий». Только те тексты, в том числе и вновь придуманные, которые этой грамматике соответствуют, признаются истинными. Исправление виртуальной исторической картины изнутри традиционной историографии совершенно невозможно. Только отказавшись от этой неверной грамматики, можно создать реалистичную модель прошлого.
Наше с вами виртуальное прошлое
Профессиональные историки – основные фальсификаторы наших представлений о прошлом! … Академик Фоменко не одинок! Многие западные исследователи также уверены в том, что традиционная версия мировой истории неверна, а ее хронология не выдерживает никакой критики.
С задней страницы обложки моей книги «История под знаком вопроса»
Античная история, по выражению одного из умниц, не что иное, как собрание басен, всеми признаваемыми за истинные истории.
Вольтер
У
Рис. Автор книги произносит доклад в Историческом салоне г. Карлсруэ в 2002 году, сидя в кресле председателя студенческой корпорации студентов металлургии и материаловедения «Хютте». Перед ним две книги: «История изобретений» и «История китайской книги». В последней историки дали волю своей сказочной фантазии и приписали изобретение книгопечатания при помощи подвижных литер китайцу, жившему за два-три столетия до Гутенберга. И это при том, что до самого конца XIX века в Китае книги печатали только с резных деревянных досок. Как осуществлялся средневековый ручной набор при наличии в китайском языке десятков тысяч «букв»? (Фото Вальтера Дуброннера.)
Ненаучный, идеологический, политизированный и религиозный характер истории я попытался проанализировать в книге «История под знаком вопроса». Характерные для истории черты в какой-то мере будут исследоваться и в этой книге и, в частности, в этой первой её части. Дело в том, что хотя ненаучный характер истории и ясен сегодня довольно широкому кругу образованных людей, в руках у историков остаётся мощнейшее оружие в борьбе за выживание собственной касты: промывание мозгов населению с самого раннего детского возраста.
Человечество долго боролось за отделение церкви от государства. Сегодня в просвещённых обществах преобладает точка зрения, что религия – дело частное. Каждый волен верить и веровать во что ему угодно. Сомнение в истинности религиозных догм перестало рассматриваться как преступление, как то было на протяжении веков. Глумиться над религией во многих странах запрещено законами о богохульстве. Но преподавание единой религиозной доктрины в школах уже не соответствует современному мышлению, по крайней мере в странах западной цивилизации.
В то же время, чисто религиозная, по сути догматическая картина прошлого, основанная, как и многие религии, на мифах, легендах, суевериях, вере в чудеса и т.п., продолжает быть обязательным предметом обучения в школах всего мира. А вбитое в детстве «знание» практически не поддаётся ни разумному анализу, ни логической критике, ни даже малейшему сомнению. На том и держится до сих пор – несмотря на столетия обоснованной и серьёзной критики, в которой участвовали выдающиеся умы человечества – так называемая традиционная история.