Синдром вечного возвращения
Шрифт:
— Определённо так, — охотно согласился Эдгарс и, вероятно, кивнул в ответ.
— Чувствуется какая-то двусмысленность… — с глубоким подозрением в голосе произнёс Крон. — Тебе тоже так показалось?
— Не показалось, а так оно и есть. Будто бы не сами они… того…
— Ага, — поддержал Крон, — будто бы им кто-то помог. Помог сбежать… Не нравится мне это, очень не нравится. Да вот, как узнать?
— Ты хочешь сказать — у кого узнать? — делая логическое ударение на «кого», спросил Эдгарс.
На полминуты наступает пауза, в которую никаких звуков от дежурных не исходит. Ли усиленно соображает, что
Очевидно, они должны предполагать, что за ними кто-то может следить. Разумеется, на современном межзвёздном корабле спрятаться от дистанционного наблюдения негде, разве что в личной каюте, где слежение запрещено нормативами. Понятно, конечно, что любое ограничение технически обойти возможно, а в условиях долгосрочных экспедиций соблюдаются далеко не все предписания, но всё же!
А эти двое даже гипотетической возможностью пренебрегают — встали посреди общего магистрального коридора и обсуждают темы, которые вслух озвучивать не совсем корректно.
С чего бы такая легкомысленность?
— Плевать! — кинул Крон, судя по выражению — отмахнулся на устрашающие жесты Эдгарса. — Я не говорю чего-то предосудительного. Мои слова — это здравый смысл и ничего более. Так что — пусть слушает!
Ли порывается выйти из укрытия. Показаться дежурным, разговору которых он невольно стал свидетелем. Не очень-то прилично. Ну и конечно, шифроваться командующему — совсем не с руки, унизительно это, и Ли себя едва сдерживает.
— Думаешь, нужно его потрясти? — осторожно спросил Эдгарс, и не составляет труда догадаться, о ком идёт речь.
— Не знаю, — безразлично ответил Крон. — Может быть…
А вице-командор понимает, что основываются те лишь на зыбких предположениях, на сборе информации о недомолвках и анализе косых взглядов.
Но до ужаса неприятно. Конечно, а что тут хорошего? Коллектив, бразды правления которым он столь самонадеянно взял в свои неумелые руки. Быть может, Ли только и способен, что тактически главенствовать. Быть старшим всего лишь в текущей дежурной смене, и все его, как он думает — дальновидные и мудрые, решения и старания навести порядок — на самом деле всего-то чепуха и профанация. Раз он вот так вот — стоит и не может найти в себе силы схлестнуться с коллективом, встать в полный рост и дать объяснения по поводу курса, который выбрал.
Ли в нерешительности переступает с ноги на ногу, вслушиваясь в раскаты двух голосов, что разносятся, кажется, чуть не по всему корвету. Он подбивает себя на то, чтобы выступить к переговорщикам, что так нагло и своевольно склоняют его и обстоятельства его деятельности…
— Как дела? — наконец решился Ли, выходя из-за поворота. — Что нового? — невозмутимо спросил он, стараясь выглядеть приветливым, но взгляд всё равно исподлобья.
— Да ничего так, — спокойно ответил Крон, не напрягаясь выдерживая взгляд самозваного вице-командора. — Обсуждаем кое-какие текущие моменты… — сказал он, и по виду, совершенно не переживает о том, что Ли, возможно, слышал часть разговора. Его это нисколько не тревожит, Крон не придаёт этому сколь-нибудь ощутимого значения и просто глядит на вице-командора в ответ.
А Ли разглядывает противостоящую сторону.
Чуть неуверенный в себе Эдгарс — он почти всегда так выглядит —
И Крон — спокойный и уравновешенный — непроизвольно поигрывает своей внушительной мышечной массой под обтягивающей торс футболкой. Он и сам, наверное, не сознаёт, как это делает. Какие-то непонятные, рефлекторные движения — да и не движения это вовсе, а что-то вроде демонстрации своих физических возможностей. У других это обычно выходит натянуто и дуто, однако не у Крона. Крону веришь — не сомневаешься в его силе и решительности.
Может. Безусловно, может применить свои способности на практике, и Ли отдаёт себе отчёт в том, что сейчас Крон рассматривает угрозу прежде всего с его стороны — если Крон кем-то недоволен, то именно вице-командором.
— Какие-то проблемы? — спросил Ли, и голос его при этом слегка дрогнул. Вышло донельзя слабо и жалко — лучше бы вообще не спрашивал. Такие вопросы нужно задавать в самоуверенном тоне, подразумевая себя хозяином ситуации, а вовсе не так — тихо и неровно, если не сказать — по-юношески пискляво.
Однако тактичный Эдгарс реагирует скоро и учтиво:
— Нет, что ты, — доброжелательно улыбается он. — Всё в порядке, никаких проблем.
— Никаких, — подтвердил Крон. Правда, он не так любезен: лицо окаменело, выражение холодное и даже неприязненное, а взглядом прямо-таки высверливает в вице-командоре дырочки. Можно подумать, примеривается для первого удара — куда бы врезать так, чтобы выключить Ли молниеносно и гарантированно.
— А мне показалось, что… — говорит Ли, отчётливо осознавая, что зря это начинает, что подобная тактика заведомо проигрышна. — Что что-то не так… — всё же завершает он, всё вернее и неумолимее теряя лицо.
Ему вдруг кажется, что Крон носит очки — тонкие, старомодные, в чёрной проволочной оправе очки — лишь для вида, только для того, чтобы казаться интеллигентнее и миролюбивее, и больше ни для чего. Он даже вспоминает, как в самые нелёгкие моменты, в моменты наивысшего напряжения, в ситуациях, когда требовалась максимальная сосредоточенность, и чтобы ничего другого не отвлекало, Крон снимал эти самые злосчастные очки и отбрасывал их в сторону. И как отсутствие этих самых паршивых очков Крону нисколько не мешало, ведь видел он и без них отлично!
Вице-командор с отвлечённой фаталистичностью наблюдает, как Крон медленно приподнимает правую руку к лицу, прикасается к тонкой оправе, словно бы поправляет очки, которые и без того находятся там, где нужно. Его рука на долгие, тянущиеся целую вечность, мгновения задерживается, будто бы Крон размышляет, что предпринять дальше…
— Всё нормально, Ли, — наконец разрешает ситуацию Крон. — Никаких проблем, ты просто издёргался за последние несколько дней, — уверяет он, и рука его возвращается на исходную позицию — вниз, в свободное положение. — Тебе нужно больше отдыхать, а с остальным мы разберёмся, — спокойно говорит Крон.