Восток в огне
Шрифт:
Из-за угла выскочил легионер. Увидев Баллисту, он резко остановился. Он поспешно отсалютовал и попытался заговорить. Он запыхался, и слова не шли с языка. Он набрал полную грудь воздуха:
– Огонь. Артиллерийский склад. Он горит.
– он указал через левое плечо. Сильный северо-восточный ветер гнал передний край завесы густого черного дыма над многочисленными крышами Арета, прямо в лицо Баллисты.
Глава 9
Баллиста топал по улицам, заполненным возбужденными
К тому времени, когда он добрался до артиллерийского склада, у Баллисты болели легкие, левая рука устала держать ножны длинной спаты подальше от ног, а здание было полностью охвачено пламенем. Мамурра и Турпион уже были там. Сильный северо-восточный ветер, что высушивал мокрую от дождя землю, раздувал огонь, безжалостно гоня его вперед. Пламя вырывалось из зарешеченных окон и вокруг карнизов, искры взлетали высоко, а затем их уносило в опасную близость к городу. Турпион организовывал рабочую бригаду, чтобы расчистить пожарный проход и потушить дома на юго-западе. Мамурра построил легионеров в цепочку, выносить имущество из обреченного склада. Чтобы подбодрить людей, он явно подвергал себя тому же риску, что и они, входя и выходя через южную дверь.
Баллиста знал, что не может ждать от своих подчиненных вещей, которых не делает сам. Он последовал за Мамуррой в здание. Было так жарко, что штукатурка отслаивалась от стен, а на балках над их головами, казалось, пузырилась и кипела краска. Обжигающие капли падали на людей внизу. Казалось, в комнате было немного дыма, но это, вероятно, было не так. Огонь незаметно обходил их с флангов, незаметно подбираясь все выше и выше, к углублениям в стенах. В любой момент балки могут обрушиться, а крыша - рухнуть, захватить их в ловушку, задушить и сжечь заживо. Баллиста приказала всем выйти, перекрикивая нечеловеческий рев огня. Он и Мамурра сбежали только тогда, когда последний легионер достиг порога. Снаружи все были заняты перемещением спасенных припасов в безопасное место с подветренной стороны. Затем они наблюдали, как бушует огонь. Здание рухнуло не сразу. Иногда казалось, что огонь угасает, прежде чем вспыхнуть еще более разрушительной жизнью. Наконец, со странным стоном и ужасным треском обрушилась крыша
Баллиста проснулся прекрасным утром, ясным и свежим. Завернувшись в овчину, он наблюдал за восходом солнца над Месопотамией. Огромная чаша неба окрасилась в нежно-розовый цвет; несколько рваных клочьев облаков отливали серебром. Преследуемое волком Скъоллом, как это будет продолжаться до скончания веков, на горизонте появилось солнце. Первая волна золота пролилась на террасу дворца Дукса Реки и зубчатые стены Арета. У подножия утеса причалы и шепчущие заросли тростника оставались в глубокой синей тени.
У Баллисты было всего несколько часов сна, но, как ни странно, они были глубокими и спокойными. Он чувствовал себя свежим и бодрым. В такое утро невозможно было не чувствовать себя хорошо – даже после катастрофы предыдущего вечера.
Позади себя Баллиста слышал, как Калгак приближается по террасе. Это было не просто ничем не сдерживаемое хрипение и кашель, а вдобавок и очень хорошо слышное бормотание. Непоколебимо преданный, на публике престарелый каледонец был молчалив до такой степени, что отзывался о своем господине исключительно односложно. И все же, когда они оставались наедине, он позволял себе, на правах старого воспитателя, говорить все, что ему заблагорассудится, как
– Завернувшись в овчину... любуясь восходом солнца... возможно, теперь он начнет цитировать гребаные стихи.
– затем, с той же громкостью, но другим тоном:
– Доброе утро, господин. Я принес твой меч.
– Спасибо. Что ты сказал?
– Твой меч.
– Нет, до этого.
– Ничего.
– Прекрасное утро. Это напоминает мне о поэзии Багоя. Позволь мне попробовать что-нибудь на латыни: "Проснись! Ибо Утро в Чашу Ночи Бросило Камень, обращающий Звезды в Бегство: И Вот! Охотник Востока поймал Башню Великого Короля в Петлю Света. Что ты об этом думаешь?
– усмехнулся Баллиста.
– Очень мило.
– губы Калгака поджались тоньше, более сварливо, чем когда-либо.
– Дай мне ту овчину. Они ждут тебя у ворот.
– его бормотание, «время и место… твой отец не декламировал стихи на рассвете, как влюбленная девушка...», раздавалось все тише и тише, когда он удалялся во дворец.
Баллиста вместе с Максимом и Деметрием подошел к сгоревшим руинам склада. Мамурра уже был там. Возможно, он был там всю ночь.
– Мы будем делать то, что прикажут, и по любой команде мы будем готовы.
– бойко отсалютовал префект инженерии. Его лицо и предплечья были черными от сажи.
– Твоя оценка?
– Не очень хорошо, но могло быть и хуже. Здание придется снести. Почти все снаряды сгорели. Все запчасти для баллист: шайбы, храповики и тому подобное, похоронены под этой кучей.
– он провел рукой по лицу жестом усталого человека.
– Но все формованные камни для баллист хранились снаружи, так что все они в порядке. Я собираюсь натянуть веревки, чтобы попытаться опрокинуть стены наружу. Возможно, нам удастся спасти кое–что из металлической арматуры, некоторые металлические наконечники болтов - зависит от того, насколько сильно там разгорелся огонь.
– Мамурра сделал паузу, сделал большой глоток воды и вылил немного себе на голову. Сажа стекала, оставляя странные черные полосы.
– В любом случае, это не совсем та катастрофа, которой кто-то хотел.
– Ты уверен, что это был поджог?
– Пойдем со мной.
– Мамурра повел их к северо-восточному углу здания.
– Не подходи слишком близко к стенам. Они могут обрушиться в любой момент. Но есть запах.
Баллиста так и сделал, и его желудок скрутило. Он снова увидел, как шест начал медленно поворачиваться, амфора над его головой начала опрокидываться, вспомнил крики и другой запах – запах горящей плоти.
– Нафта.
– Да, однажды понюхав ее, ты уже никогда не забудешь. Нет, если ты видел ее в действии.
– Мамурра указал на маленькую почерневшую вентиляционную решетку высоко в стене.
– Я думаю, они налили её туда. Потом, вероятно, бросили туда лампу
Баллиста огляделся, пытаясь мысленно представить себе поджог - последний час дневного света, вокруг никого. Один человек или больше? И побежал бы он или попытался смешаться с собирающейся толпой?