Обитаемая. Восхождение в рай
Шрифт:
– И в чем оно? В прогулке? Вы же сказали, планета безопасна.
– Зал всколыхнулся недоверчивым гулом.
Ведущий спокойно оглядел журналистов. Выдержал паузу, привлекая внимание. Обдумал маршрут очередного паровоза:
– В фантастических романах конечно можно бездумно, на халяву, высаживаться на десятках планет. Спасать местных принцесс, резать бластерами стада кровожадных драконов и с хлюпаньем втаптывать в грязь темных лордов, но... Даже то, что Клио ласкова к свинкам и мышкам, еще не означает, что она будет приветлива к нам... Помните конкистадоров?
– Зал подавился, шуршания смолкли. Гробовую тишину сурово рассек голос ведущего.
– Ведь смертельно опасный вирус мог ждать в Америке
– Вслушался в зал и продолжил.
– Или нет? Может статься, потрепанные, больные остатки экспедиций, спасаясь, привезли очередную чуму, которая выкосила Европу?
Строго, как учитель обводит взглядом класс нашкодивших сорванцов, охватил аудиторию:
– Мало кто думает о последствиях, господа. Еще меньше тех, кто способен. Располагает опытом, необходимыми знаниями. Вы готовы к такому сценарию? Мы - да.
– Рука устремилась в зал.
– Эти люди осознают, чем рискуют. Осознают, что приветливая Клио может стать их могилой. У нас, господа, есть команда отчаянных умных голов с необходимым оборудованием и поддержкой. Они готовы рискнуть, и мы знаем, как им помочь. Цена риска - свобода, они - готовы платить.
Задние ряды еще некоторое время вслушивались, кто кивая, кто морщась предстоящей перспективе, однако лица всех озарены решимостью - никто не хочет на Марс.
Потерзав еще некоторое время ведущего шумные боги информации растворились. Спускаясь за кулисами, Ридгер заметил спешащего старичка в белом халате. Тот отдышался, нервно огладил бородку и надтреснуто зашептал:
– Толя, что за закрытый ресурс? Ты что?.. Ты... ты с ума сошел? Это же все равно, что на блюдечке с голубой каемочкой...
– Не здесь, Эдуард Рафаилович.
– Так же тихо откликнулся собеседник.
– Идемте ко мне.
Мужчины совершили недолгое путешествие, вежливо раскланялись с отбывающими и степенно вошли в каюту.
Как только закрылась дверь, профессор заговорил:
– Ну, с правительством понятно. Вирусы, бактерии, грибы, хромисты...
– Старичок хмыкнул, - грамотей, тоже мне. Тебе по царствам, филумам или классам расписать? В Новом Свете все отметились: куры, овцы, кони, плесень, так что испанцы твои, виноваты конечно, но далеко не в первую очередь...
– Старичок выпустил пар и вздохнул.
– Толя, какой еще ресурс... Что еще за дешевый пиар?
– А? Нет, Эдуард Рафаилович, вот с правительством как раз пиар. Не мог же я, в самом деле, ляпнуть: "Ребята, мы месяц выбивали себе эту планету". А вот ко-онки-иста...
– Они расположились в креслах. Ридгер сладко потянулся. Небрежно заложил руки за голову.
– Конкиста, красивый пиар - почти правда. Ну, вдумайтесь, государство ацтеков, основанное на подчинении народов и так трещало по швам. Конечно, это не помешало устроить испанцам приснопамятную "Ночь печали". Да и те со своим "conquistar у poblar"... А... в смысле "завоевать и заселить"...
– Толя, - хмурясь, отмахнулся профессор, - я и так знаю, что ты любишь историю. Ресурс?!
– Ресурс - крючок на будущее. У нас отдел квантовых систем придумал, как прятать информацию. Меня вот больше беспокоит, чем все кончилось для испанцев, - ухоженная рука похлопала по старой, потертой кожаной обложке толстенного фолианта.
– Сынок, не напрягай мой старый мозг - в конце концов, послали Корону к дьяволу, повоевали и жили долго и счастливо.
– Эдельман уперся взглядом в директора.
– Ресурс... Просто объясни - в чем связь.
– Новый виток развития надежности доступа к данным.
–
– Конечно, войдя в мир квантовых компьютеров, мы чувствуем себя защищенными и пара сотен кубитов в коммуникаторе дюже облегчают сиюминутную жизнь.
– Исполнительный директор постучал по жемчужному манжету, заменяющему браслет.
– Однако же имея в компьютере тысячу кубитов и малость мозгов можно одолеть любую систему в квантово-запутанном состоянии.
– Почесал бровь и добавил,- ну, почти любую, не говоря уж о банально зашифрованных данных.
Старичок вздохнул:
– Толя, ты же умеешь нормально разговаривать. Я сегодня сам слышал.
– Да все просто, Эдуард Рафаилович.
– Ридгер улыбнулся и оперся о массивный стол.
– Файл раскидывается по системе с включением в запутанное состояние какого-то признака владельца. Не берусь сказать как точно, но такой алгоритм всегда чувствует подмену владельца и, слить инфу правильно чужаку просто не удастся. За попытки даже не надо сажать.
– И? При чем тут мой отдел?
– Стрельба по двум зайцам, - улыбнулся Ридгер, - будущий рекламный ход, так сказать. Хакеры не дремлют, рано или поздно ресурс сольют. Только выкачивая Мураками один сольет Гоголя, а другой школьное сочинение о преданном дяде Ёрика - они ведь не владельцы. Если кто из гениев поймет подвох, это ему вряд ли поможет.
– Не понял, мы тут при чем?
– Ну, если кому-то удастся... Хвост павлином пушить начнет, надуваться - себя, в смысле нас, рекламировать.
– Ридгер взглянул на старичка и весело махнул рукой, - возьмем этого гения на работу, чего таланту пропадать, пусть технологии двигает, нам денежку зарабатывает.
– То есть я зря нервничаю?
– Абсолютно.
– Лицо Ридгера приобрело маску счастливого чеширского кота.
– Кстати, где Лестер.
– Отпустил с твоей дочкой.
– Буркнул профессор.
– Они сдружились.
– Уже? А хвост?
– Директор недоверчиво приподнял бровь.
Профессор подумал и улыбнулся в седые усы:
– Он может за себя постоять.
Комнату окутал дружный смех старых приятелей.
VIII
– Заходим, заходим! Строимся! Вы все слышали директора, мерзавцы. В вас что-то нашли. В голове не укладывается убогие - отныне вы члены команды. Каждый из вас!
– Не стройная оранжевая колонна влилась в третий отсек. Первый шок, изумление, перспективы остались в зале. С тихим уффф переборка отрезала от корабля. Заключенные, возбужденно перешептываясь, выстроились вдоль непривычно ярко освещенного коридора. Колючий взгляд близко посаженных глаз резанул по корявой шеренге - шепотки стихли.
– И учтите, как только что сказал директор: "но!". Вы от меня так просто не отделаетесь. Я слежу! Слежу за всеми, за каждым из вас. Я даже буду махать вам вслед ручкой, когда будете спускаться на эту гребанную планетку. Ваша новая форма в каютах, пять минут на смену одежды, затем инструктаж. Время!
– Напряженная речь подтянутого "жилистого Скунса" - майора службы исполнения наказаний никого не впечатлила. Заключенные давно привыкли к манерам общения черно-синих кителей на каторге, спокойно расползлись по каютам. Никто не протестует, все помнят о черных браслетах на шеях, знают, как легко и изящно отделяют они головы в бунт. Их мнение - грязь, их место займут. Ютясь по трое-четверо в рассчитанных на одного каютах, имея только пол и стены, с открытыми заблокированными дверьми, толкаясь локтями, барахтаются в затхлом воздухе. Неуклюже подшучивают над соседями. Последние месяцы многим редко удается поговорить. Слушать, рвать жилы, платить за...
– вот их удел. Кто считает смертников? Люди они? Метрополии нужна антронитовая руда, ресурсы, силы. Разве силы - люди? Зачем беречь хиреющий ресурс?