Волшебный десерт для мага. Я (не) твой сахарок!
Шрифт:
— Голубь? — уточнила, мысленно ставя себе пометку отследить ситуацию и, возможно, нанять специалистов для решения этого вопроса. — Обязательно займусь этим. Давайте, один кофе за счет заведения, раз уж получилось такая неприятная история?
— Отказываться не буду, — улыбнулась девушка, — хотя за пострадавший кофе платила не я.
Положив в бумажный пакет ароматные сахарные булочки и заварив новую порцию кофе, я вернула своё внимание стойке с дегустационными наборами. Который день прорабатывала завлекательные описания десертов, особенно тех, что имели лёгкий магический эффект.
Завершалась первая неделя работы моей кофейни в Рейвенхилле.
— Ах простите, я снова заглянула не туда, госпожа Нэвис, — елейным голоском пела пышногрудая брюнетка в платье цвета спелой вишни с о-о-очень глубоким декольте. — Всё иду на запах ваших чудных пирожных, но фигура… Никак нельзя. Придётся снова идти к господину Стоуну за новой порцией диетических хлебцев.
— Ой, Вероника! — восклицала миниатюрная блондинка в платье, больше напоминавшем свадебный торт от горе-кондитера, руководствовавшегося девизом: «Не можешь испечь ровные коржи — декорируй». — А я вот за хлебом прибежала. Господин Стоун говорил, что сегодня на прилавках появится новый вид, с добавлением какой-то уникальной приправы. Зашла к тебе поздороваться, да взять один дегустационный трюфель, до чего хорош!
Фамилию этого героя-любовника барышни, как одна, произносили на пониженных тонах и с придыханием, что раздражало просто невероятно. Бесчестный наглец! Решил, что в бизнесе как на войне все средства хороши, и распыляет своё неуёмное обаяние направо и налево!
Вот и сегодня ко мне в очередной раз заглянули две местные сплетницы. Яркие и болтливые, как канарейки, госпожа Приссон и госпожа Тафел. Женщины приклеились к витрине с десертами и защебетали наперебой.
— Вероника, душа моя, не заваришь ли чайничек твоего божественного фруктового чая с нотками жасмина и лаванды?
— А то нежнейшее пралине сегодня в меню? Не вижу его на витрине!
Я мимолётно окинула взглядом госпожу Приссон, отчаянно выискивающую заветное орехово-карамельное пралине в стаканчике с нежнейшими взбитыми сливками среди десертов. Шатенка с пышными формами, одетая в облегающее платье розового цвета с кучей рюш, забавно качала головой, на которой болталась нелепая шляпка с обилием цветов и лент. Густо накрашенные губы сложились уточкой, а в глазах сквозило предвкушение. Десерта? О нет, конечно же, сплетен, и я знала, что пока мне не выложат порцию свежесобранных слухов, за лакомства ни одна из дам не примется. Участь меня не минует, а значит, нужно просто задать любой отвлечённый от сладостей вопрос и дождаться конца сбивчивого повествования.
— Светлого дня, госпожа Приссон. С удовольствием порадую вас нежнейшим пралине, — приветливо кивнула я. — Госпожа Тафел. Как поживает ваш чудесный питомец?
— О, да! Что об этом говорить, дорогая, шалит, не переставая! — отмахнулась женщина. — Ты мне лучше скажи, слышала ли ты последние новости про пекарню «У Винса»?
— Мне ещё новостей не хватало, — вздохнула я. — И так каждый день про неё слышу, когда некоторые невнимательные особы дверью ошибаются.
— Знаем мы, как они ошибаются, — зашептала госпожа Тафел, приближая ко мне своё узкое лицо. — Вынюхивают они. Я сегодня решила пораньше прогуляться с Флетти и, конечно же, нарвалась на вездесущего Бруно
— Он может, — поддакнула госпожа Приссон, убрав ярко-лиловую ленту от лица. — Всё ходит, клянчит.
— Не о том речь, — оборвала её подруга. — Столкнулись мы с ним, а я и говорю: «Что же вы, господин Верс, в столь ранний час и уже на ногах едва стоите», а он мне кривой поклон отвесил и заявил: «Это я, милочка, с досадой пытался справиться. Увидел такое, что оставило в моей душе след глубочайшего удивления и скорби». Скорби, представляете?
— И что же он такое увидел? — глаза госпожи Приссон загорелись жадным до сплетен огоньком.
— Что-что, — цыкнула госпожа Тафел. — Всё-то тебе нужно первой знать.
Я мысленно вздохнула, продолжая отмерять заварку в небольшой стеклянный чайник. Дамы явно уже не раз обсудили новую сплетню и теперь разыгрывали нелепое представление, чтобы привлечь к обсуждению «свежую кровь». Какое досадное совпадение, что именно главные сплетницы Рейвенхилла оказались в числе первых и самых постоянных моих клиенток, однако… Я заставила себя думать о прибыли и в полуха слушала женскую болтовню.
— Она была у Стоуна всю ночь?! — громким возмущённым шёпотом воскликнула госпожа Приссон.
Знакомое имя всё же непроизвольно заставило напрячь слух.
— Именно так Бруно мне и сказал, — подтвердила госпожа Тафел. — Дочь уважаемого человека, совсем юная и неопытная, а вот! В пять утра выскользнула из дверей пекарни и поспешила куда-то по Книжной улице, словно убегала от преследования! Ну не за хлебом же она приходила!
— Ужас какой…
— Не то слово! — женщина покачала головой. — Правда, лица девушки Версу разглядеть не удалось, но он был уверен, что это именно Анна Брикс, дочь смотрителя библиотеки, его старинного друга. Так описал и волосы её рыжие, и платье синее. Помнишь, она на ярмарке была именно в таком, синем с белоснежными рюшами…
Сплетницы всё ещё обсуждали утренние приключения местного пьяницы, а моё настроение медленно, но верно опускалось до нижайшей отметки. Каков паршивец, ещё и сплетни вокруг себя собирает, портя репутацию приличного заведения. Моего приличного заведения! Вихрь из раздражения и сгустка непонятных эмоций и ощущений поднялся в душе, что было совсем некстати, ведь я работала с едой, и ко мне постоянно заглядывали посетители. Необходимо было немедленно восстановить душевное равновесие, поэтому, поставив на маленький столик заварник с фруктовым чаем, тарелочку лимонного тарта и стаканчик с кремом и пралине, я подошла к клетке, в которой мирно дремала Диди, и открыла дверцу. Положив в специальный отсек кусочек рыхлого тростникового сахара, я слегка постучала ноготком по золочёным прутикам. Птаха открыла глаза и встрепенулась.
— Всё проспишь, Ди, — ласково улыбнулась фамильяру. — Снова летала всю ночь?
— Такой период, Никки, ты же знаешь, — цветные крылышки расправились, Диди сладко потянулась. — Что интересного я проспала?
— Ничего такого, — я с деланным безразличием пожала плечами. — Новые сплетни о Винсенте Стоуне и его девицах… Порочит наше заведение, бабник…
— Порочит… наше… заведение? — процедила Диди. — Он что, дирх его подери, бессмертный?!
— Полностью разделяю твоё негодование, Ди, — я с трудом скрыла довольную улыбку. — Но скандалить не хочу, ещё чего не хватало. И всё же… знаешь что? Думаю, мы можем слегка проучить этого самодовольного красавчика.