Непознанный мир (цикл повестей)
Шрифт:
Пламя, разбившись о корпус обшивки, исчезло, не нанеся кораблю звероидов никакого вреда. Но Наследники были уже в зоне безопасности, где обстрелять их могли только повредив главный корабль, поэтому Винсент посадил дракона на плоскую стальную спину корабля и вместе с Найлзом спешился.
– Черногрив, – указал герцог копьемечом вниз. – Попробуй пробить эту броню.
Благодаря тому, что неповоротливый из-за своих размеров корабль двигался очень медленно, встречный ветер практически не мешал Наследникам прочно стоять на ногах. Найлз, заметив, что над ними поднялись корабли-защитники, поначалу встревожился, но затем понял, что обстрелять их они не решатся, боясь повредить главный корабль. Однако нужно было спешить: звероиды наверняка скоро выберутся наружу,
По приказу герцога, своевременно отошедшего вместе с экономом в сторону, Черногрив под буйные протесты Оутсена поднялся на задние лапы и, сжав в кулаки передние, выпрямил их и обрушил вес своего тела на броню корабля. Его лапы, закованные в сталь, вонзились в обшивку по самые запястья. Немного замешкавшись, чтобы вытащить их, дракон повторил приём, погрузившись уже по локти. Толщина защитного слоя корабля поразила Наследников: даже когда Черногрив в третий раз вонзился в непокорный сплав, его лапы так и не смогли пробить его насквозь. Тогда дракон сунул морду в одно из отверстий и минуты две поливал огнём пробитый им тоннель. И постепенно металл начал плавиться и растекаться. Своими ногами Винсент и Найлз почувствовали, что от стараний Черногрива нагрелась уже вся поверхность корабля, но дракон и не думал останавливаться. Он делал всё, чтобы его хозяева могли проникнуть внутрь, и обрабатывал уже второе отверстие. Как только жар, исходящий от брешей, немного убавился и позволил Наследникам подойти и заглянуть внутрь, они увидели, что Черногриву всё же удалось пробить их насквозь: в конце этих тоннелей был виден неяркий свет. Там внутри мог находиться один из отсеков, либо, если им повезло, командный пункт. Герцог надеялся, что копьемеч сумеет защитить их от неизвестного пока им оружия звероидов, которое они, несомненно, применят, увидев, что чужакам удалось пробраться внутрь.
Ходы, пробитые Черногривом, были достаточно широки, чтобы пролезть в них, и Наследники, приказав дракону сторожить Оутсена и не позволять врагу приближаться к кораблю, нырнули в отверстия.
Ещё горячий после пламени Черногрива металл едва не обжёг их тела, но копьемеч и тут обезопасил Наследников, и приземление оказалось вполне благополучным.
Оглядевшись вокруг, Винсент и Найлз обнаружили, что находятся в длинном коридоре. Всё вокруг было обшито металлом – такое Найлз видел только в фильмах про космических путешественников. Коридор удалялся в ту и другую сторону, и ему не было видно конца.
– Итак, Найлз, – заключил Винсент. – Мы с тобой во вражеском стане и нам нужно как можно скорее добраться до центра управления всей этой махиной и разобраться, как её посадить. Звероидов, что попытаются нас остановить, придётся уничтожить, но как минимум одного нам нужно оставить в живых, чтобы осуществить посадку и не позволить их армии захватить Лондон. И лучше всего, если нам попадётся их главарь, тогда с помощью него мы сможем заставить его солдат отступить, и успех нашей миссии будет обеспечен.
– Но в какую сторону нам идти? – в недоумении спросил Найлз.
– Нужно выбрать, – ответил герцог. – Разделиться и пойти в обоих направлениях было бы сродни самоубийству, тем более что копьемеч по-прежнему един, а это значит, что и мы должны быть едины. Я знаю, – добавил он, – как узнать, в какую сторону нам идти.
С этими словами Винсент взял копьемеч в обе руки и направил его сначала в одну сторону коридора, а затем – в другую. Фиолетовый свет артефактов усилился, когда герцог направил его влево.
– Туда! – приказал он Найлзу, и Наследники помчались по коридору.
А в это время Черногрив, окружённый армией звероидов, злобно шипел на вражеские корабли, ожидая возвращения своих всадников. Болтающийся у него на боку Ив Оутсен, уже порядочно надоевший дракону своими пинками и бесчисленными оскорблениями, пытался освободиться из плена седельных ремней. Он ещё не знал, что будет делать, когда освободится, но как минимум попытается захватить главный корабль, опередив Наследников.
Негромко рыкнув, дракон изогнул шею и, схватив Оутсена за шиворот, легонько встряхнул. Тот хотел было разругаться ещё сильнее, но Черногрив и не думал отпускать пиджак.
– Ну хватит, я уже давно молчу, отпусти, – попросил демос, притворившись испуганным. Он уже почти высвободился из плена ремней, оставалось лишь усыпить бдительность дракона, и тогда можно будет попробовать осуществить свой замысел по захвату корабля.
Черногрив фыркнул и выпустил воротник пиджака. И в этот момент Ив вывернулся из пут и, вскочив на ноги, ударил дракона ножом, которым он несколькими минутами ранее перерезал верёвки и некоторые особо тугие ремни. Однако таким оружием закованного в природную броню дракона нельзя было даже порезать, и лезвие, ударившись о шкуру Черногрива, попросту выскочило из рукояти. Дракон резко обернулся и раскрыл пасть в яростном рёве. Оутсен бросился прочь. Он хотел как можно дальше увести дракона от пробитых им ходов, чтобы можно было без особых проблем добежать до них. И когда Черногрив, у которого на скользкой поверхности разъезжались незащищённые бронёй ступни задних лап, рванулся вдогонку за Оутсеном, демос, домчавшись почти до края корабля, описал полукруг, и со всех ног помчался назад, к спасительным отверстиям. Позади него, изрядно потеряв в скорости из-за скользкой поверхности, свирепо рыча, мчался Черногрив, пытаясь спалить демоса пламенем, но сбившееся дыхание не давало дракону выдохнуть огонь как следует, и редкие слабые всполохи не долетали до бегущего демоса. Наконец, когда Черногрив был от него уже далеко, а до ходов оставалось всего несколько метров, Ив расхохотался, и, обернувшись, бросил в дракона какой-то предмет, а в следующий миг скрылся в одном из отверстий.
Издав негодующий рёв, Черногрив попытался остановиться, но скользкая поверхность несла и несла его тело по инерции дальше. Раскрыв крылья, балансируя ими и пытаясь подняться в воздух, дракон достиг того места, куда упал брошенный Оутсеном предмет, и, так и не сумев остановиться, свалился прямо на него.
Он ничего не почувствовал благодаря своей толстой коже, но если б знал, что не только боль от падения могла бы заставить его закричать, то он пожелал бы быть в этот момент каким-нибудь млекопитающим, чтобы знать, что с ним случилось. Но он был драконом, и так и не узнал, что за вещество попало сейчас в его кровь.
Вскочив на лапы, Черногрив бросился к отверстиям и пустил пламя в то отверстие, куда прыгнул Оутсен. Но демос был уже далеко. Он мчался в том же направлении, куда сейчас бежали Наследники. Дракону не оставалось ничего иного, как грозно взреветь ему вслед.
Винсент и Найлз бежали по бесконечному, ведущему почти прямо коридору, пока перед ними не показалась закрытая металлическая дверь. Рядом с ней не было никаких устройств, чтобы попробовать её открыть. Копьемеч вспыхнул ещё ярче, и Наследники поняли, что там, за этой дверью, находится то, что они искали.
Но им не пришлось искать другие способы проникновения внутрь: дверь внезапно устремилась вверх, и герцог с экономом увидели большой командный пункт, похожий на убежище Оутсена, а в нём – десятки звероидов. Гигантские монстры подняли невообразимый рёв, увидев чужаков, повредивших их корабль. Они ждали их, ждали, когда эти люди сами придут к ним, потому и не пытались остановить их проникновение на свой корабль. Среди них ни Винсент, ни Найлз пока не видели главаря. Должно быть, он ничем не отличался от остальных, да и как он мог отличаться, ведь одежды эти монстры не носили, да и по росту были все как один. Копьемеч в руках герцога рвался в бой – Винсент чувствовал это, но они не могли идти в атаку, пока не выяснят, кто из этих тварей лидер. Его нужно было оставить в живых, чтобы суметь посадить корабль. Зато у самих звероидов не было никаких оснований мешкать, и они все как один ринулись на Наследников.