Вмешательство извне
Шрифт:
Странник возвращался…
====== Глава 12. Тьма (Часть 3) ======
Обратная сторона Луны. Вечный мрак и вечные тайны. Загадочная, манящая. Такой она всегда представлялась людям. И не без оснований, надо сказать...
Даже сейчас, глядя на изувеченную кратерами поверхность Луны, Крутов не мог отделаться от странного чувства причастности к какой-то великой загадке. Хотя нет. Вот так – Великой Загадке. Ведь главе ФСБ прекрасно было известно о всякого рода аномалиях, с завидным постоянством наблюдаемых астрономами на Луне. Слишком много было странного и непонятного в спутнике Земли, чтобы отнестись к нему легкомысленно. Взять хотя бы тот факт, что в наиболее древних легендах
– Когда всё закончится, надо будет вплотную заняться этим булыжником, – пробормотал Сергей Иванович, отключая систему обзора – глава ФСБ был в зале управления космического корабля, носившего имя «Александр Невский», одного из тех, что участвовали в разгроме армады Шао’ссоров над Землёй. Небольшое просторное круглое помещение с десятью кокон-креслами по периметру. Все они были сейчас заняты и напоминали нераскрывшиеся бутоны тюльпанов.
– Сергей Иванович, – раздался в зале мягкий мужской голос – ИИ корабля, которого разработчики почему-то окрестили Кондратием. – С вами хочет поговорить Владимир Путин.
Крутов кивнул, покачав головой, словно говоря – «президент имеет право», или что-то в этом роде. Тотчас в воздухе соткалось полупрозрачное изображение лица Владимира Владимировича.
– Ещё раз здравствуйте, Сергей Иванович, – сказал президент. – У меня для вас новость. Надеюсь, она вас обрадует – я восстановил вас в должности главы ФСБ...
– Хм... Не думаю, что сейчас это имеет какое-то значение, – усмехнулся Крутов. – Но всё-равно рад, что здравый смысл возобладал.
– Сейчас во всём, что мы делали прежде, мало смысла, и уж совсем нет его в том, что делал я... Я..., – президент замолчал, осёкшись.
– Я знаю, что вы делали. По крайней мере догадываюсь. Но с уничтожением теневого правительства все мы стали свободны. Ирония в том, что за это стоит благодарить ящеров и Странника.
– Кстати о ящерах – вы уже готовы? – спросил Путин. И Крутов впервые за всё время общения с ним уловил в его голосе ноты тревоги и волнения.
– Звягинцев сейчас колдует над струнным генератором «Невского». Пока он ничего не докладывал, но начал давно и скоро всё должно быть готово.
– Когда вы окажетесь на той стороне, то судьба обоих реальностей будет в ваших руках, Сергей Иванович.
– Мы сделаем всё возможное, чтобы не допустить победы врага, – понимающе кивнул Крутов, хотя и не одобрил излишне пафосного заявления президента. Однако он понимал – хотя по зову долга Владимир Владимирович остался на Земле, но желал сейчас быть здесь, на острие атаки, где решалась судьма миров.
– Меня больше тревожит то, что может потребоваться совершить невозможное, – тихо сказал президент. – Надеюсь, вы знаете, что делаете.
– План есть всегда, – кивнул Сергей Иванович. – И не стоит забывать о группе Васильева. Хоть от них и не было вестей, я уверен – он достигнет цели. Тогда у нас появится самый реальный шанс на победу, – Путин кивнул, согласившись, а потом спросил:
– Есть предположения относительно того, что вас ждёт по ту сторону?
– Весь многосоттысячный флот ящеров... если повезёт, – горько усмехнулся Крутов. – И на сей раз у меня такое чувство, что одолеть Армаду будет очень непросто.
– А если не повезёт?
– Весь флот ящеров и Левиафан... И тогда нам уж точно придётся жарко.
– Что ж, желаю вам удачи, Сергей Иванович. Вам, и всем, кто отправился с вами, – сказал Владимир
– Вам она нужнее, – пробормотал Крутов. – Когда всё это закончиться, то именно вам придётся восстанавливать всё с нуля, – произнёс он, всё ещё глядя на то место, где секунду назад висело лицо президента. А потом глянул вверх и спросил:
– Кондрат, что там у Звягинцева? Чего он так возится?
– О, он только что закончил, – сварливо проворчал ИИ. – Наверное потому, что я пообещал откачать воздух из машинного отделения, если он не поторопиться... Да он и сам сейчас всё расскажет, – и тотчас зал заполнил голос учёного.
– Сергей Иванович, всё готово. Можем начинать в любой момент.
– Отлично. Тогда не будем терять времени – его и так мало, – сказал Крутов. – Включайте свою аппаратуру.
– Есть, – последовал короткий ответ, и Звягинцев замолчал.
– Кондрат, – вновь обратился глава ФСБ к искусственному интеллекту корабля.
– Слушаю.
– Объявление всей эскадре – полная боевая готовность, – отсчитывая мгновения, отделявшие его от возможно самого важного деяния в жизни, сказал Крутов.
– Флот оповещён, – секунду спустя отрапортовал ИИ.
– Что ж... Теперь остаётся сказать только одно... Поехали, – тихо произнёс Сергей Иванович, вновь включая систему обзора и словно зависая в открытом космосе. Он хотел сам всё увидеть. А ещё он знал, был абсолютно уверен, что каждый член экипажа каждого корабля сделает всё возможное ради победы. Потому, что каждый был профессионалом и настоящим защитником Родины. И этим людям сейчас не нужны были никакие пламенные пафосные речи для поднятия боевого духа. Нет. Всё это было не к месту – каждый из них уже всё решил для себя. Каждый был полон решимости. И это – главное. – Поехали! – вновь сказал Крутов, и в этот самый миг Звягинцев включил свою аппаратуру...
Пять сравнительно небольших – всего триста метров в длину – веретенообразных кораблей, серебрившихся в лучах солнца, всё так же неподвижно висели над тёмной стороной Луны. И уже начинало казаться, что их безмятежное спокойствие, полное скрытой силы, не будет нарушено никогда, как вдруг один из них выстрелил! Хотя это был какой-то странный выстрел – от носа корабля вперёд прянуло марево, исказившее очертания звёзд и Луны. Оно удалялось всё дальше и дальше, пока наконец словно не наткнулось на какое-то невидимое препятствие. И тотчас марево начало расплываться по плоскости, словно разлитая вода по столу. И огромная плоскость эта озарилась синими и лиловыми сполохами, вспышками, волнами. Сначала редкие, они появлялись всё чаще и чаще, освещая своим светом Луну, пока наконец вся плоскость – круг просто циклопических размеров – не залилась светом!
Вспышка!
Вокруг заплясали молнии, а корабли будто качнуло волной, и в следующее мгновение эта светящаяся плоскость в ореоле ветвящихся разрядов протаяла в глубину, являя взорам величественную картину иного мира...
Прошло уже более двух часов, однако эта странная дорога с туманными стенами по обочинам и не думала кончаться. Впрочем, за время пребывания в этом необычном месте Васильев уже понял, что это самое время здесь – вещь очень относительная и непостоянная.
Он шёл молча, внимательно следя за тем, куда ступает их проводник ящер. Поначалу некоторым – особенно меридианцам – показалось, что довериться его экстрасенсорному чутью – не самая лучшая идея. Но после того, как Холецкий бросил в сторону от их «тропы» монетку, которую тотчас разнесло на атомы мощным разрядом энергии, вопрос о доверии больше не поднимался. По крайней мере пока ящер правильно выбирал путь меж невидимых ни глазу, ни технике, ни магии, ловушек.