Искра божья
Шрифт:
— Может быть, его перевели в Тулиану? — предположил Джулиано.
— Исключено, — твёрдо возразил отец Бернар. — Великий магистр слишком жаден, чтобы делиться опасными и ценными знаниями с кем-либо ещё.
— Тогда есть вероятность, что наш приятель уже кормит червей, — заключил де Брамини.
— Не думаю, — возразил отец Бернар, — случись вашему барбьери попасть в руки инквизиторов, нас обязательно представили бы друг другу, чтобы произвести опознание. Псы господни никогда не допускают ошибок в дознании.
— Иногда смерть приходит
— О, сын мой, только не в обители Святого Доменика, — монах невесело усмехнулся, — братья-палачи нипочём не выпустят твою душу из своих умелых рук, пока она полностью не очистится от скверны.
— Допустим, Псы не забирали Суслика, тогда кто это сделал? — спросил Джулиано, нахмурив густые брови.
— Предлагаю обсудить данный вопрос позже, в более располагающем к задушевным беседам месте, — сказал Пьетро, прислушиваясь к шевелению в соседних камерах, — время играет против нас, друзья. Поторопимся.
Джулиано помог подняться отцу Бернару и вывел его под руку из каменного застенка. Провожаемые тусклыми взглядами узников, Пьетро, Джулиано и монах вернулись ко входу. У тюремной двери их нетерпеливо дожидался Ваноццо, изредка поглядывающий через замочную скважину на пустые ступени лестницы, ведущей из каземата.
Крадучись, приятели вышли в скупо освещённый коридор, постояли какое-то время, прислушиваясь к далёкому эху голосов, и торопливым шагом миновали лестничные подъёмы. Чем ближе они продвигались к концу галереи, тем отчётливее становились возбуждённые крики, эхом отскакивающие от стрельчатых сводов. Добравшись до верха, Пьетро, шедший впереди, резко повернул направо и укрылся в боковой нише, вжавшись в неё спиной. Остальные незамедлительно последовали его примеру.
— Что случилось? — едва слышно спросил де Грассо, подсознательно уже догадываясь о причинах, заставивших друга свернуть с прежнего пути.
— Кажется, Псы нашли привратника, или в обитель вернулись ограбленные нами монахи, — в тон ему ответил Пьетро. — Там, дальше по коридору большая толпа людей, они о чём-то спорят. У нас не получится тихо пройти мимо.
— Может удастся прорваться с боем? — предложил Ваноццо.
— Только без него, — Пьетро кивнул в сторону бледного монаха, поддерживаемого Джулиано.
— Я не брошу отца Бернара! — упрямо заявил юноша.
— Отче, может, вам известен другой безопасный выход из этих стен? — спросил Пьетро. — Он просто обязан быть в такой крупной обители.
— Да-да, конечно, сын мой, — монах мелко затряс лысой головой, — ранее мне приходилось бывать у Псов господних не только в качестве узника… Погодите, сейчас немного переведу дух и вспомню…
— Пожалуйста, отче, поторопитесь, — сказал Пьетро, напряжённо прислушиваясь к возбуждённым голосам монахов, долетавшим из-за угла.
— Кхе-кхе… — отец Бернар перевёл взгляд на высокие своды и замолчал, будто пытаясь разглядеть подсказку в змеистых трещинах старого камня. — Есть центральный портал через церковь Святого Доменика.
— Подумайте хорошенько, отче, наши жизни теперь в ваших руках, — подбодрил его Пьетро, косясь на пустующий пока коридор.
— Обычно дверь северной капеллы бывает не заперта. Она выходит в переулок Святой Марии, где монахи раздают милостыню нищим…
— Ведите, попробуем выбраться через неё, если станет совсем невмоготу, начнём резать всех подряд. Мне, кроме жизни, терять нечего, — заключил де Брамини.
Джулиано согласно кивнул, некстати вспомнив пугающие глаза босого монаха, блестевшие в свете фонаря мертвенной сталью и обещанием чудовищных адских мук, которые обязательно постигнут грешников, посмевших поднять на него руку.
Направляемые отцом Бернаром приятели ускорили ход. Если бы не ночной мрак и истерзанный Псами старик, которого приходилось почти тащить на себе, де Грассо предпочёл бы и вовсе перейти на бег. К несчастью, бывший пленник начинал бледнеть уже после дюжины резвых шагов.
Временами юноше казалось, что шум их дыхания, вырывающегося сквозь узкие прорези масок, и стук его отчаянно бьющегося сердца слышат едва ли не все монахи в обители.
Беглецы свободно миновали несколько пустынных галерей.
Переводя дух, они замерли перед массивной дверью, прислушиваясь к приглушённому копошению потревоженной обители.
Бом-м-м. Бом-м-м.
Тревожным набатом ударил колокол в далёкой монастырской звоннице.
Джулиано резко дёрнул за тяжёлую створку и тут же отпрянул назад, плотно прикрыв дверь. Во внутреннем дворике, куда выводил коридор, обнаружилось судорожное мельтешение бритых тонзур и чёрно-белых одежд. Дружный топот десятков ног сообщил приятелям, что за их поиски взялись всерьёз.
Пьетро толкнул плечом первую незапертую створку, и четвёрка беглецов с шумом ввалилась в тёмное помещение.
— Далеко ещё до капеллы? — спросил де Брамини, оглядываясь по сторонам и срывая с лица мешавшую маску.
— Нет, — сообщил задыхающийся от скорого бега отец Бернар, — мы почти у цели.
— Эх, зря мы сюда забрались, надо было пробиваться прежней дорогой! — с досадой воскликнул де Ори.
— Теперь уж поздно, дружище, — Пьетро оскалил блеснувшие в ночи зубы, — сейчас пропустим эту толпу и снова в путь, как зайцы.
— Где мы? — поинтересовался Джулиано, осматривая высокие шкафы с толстыми фолиантами на полках.
Беглецы обратили тревожные взгляды внутрь комнаты. Большое тёмное помещение занимали длинные ряды стеллажей. Слабый лунный свет мутными полосами сочился сквозь высокие остроконечные окна, затянутые мелкими глазками слюды. Тусклый пламень ночного светила выхватывал холодными пятнами куски аскетичного интерьера, стекал по пыльным этажеркам и собирался бледными лужицами на отполированном тысячами ног камне пола.