Белая тетрадь
Шрифт:
— Телепатия? Но мы же не умеем поддерживать мысленную речь — растерялась Феникс, от задумчивости забывая о своей привычке манерничать и вставлять через слово «ну».
— Связь мы берем на себя, — быстро ответил князь. — Поэтому делимся на две… Нет, лучше на три команды. В первой будем я, Найта и, конечно, Тантаэ. Ты не против, Тай? Идем через главный вход. Во второй — Феникс, Рей… — князь внезапно поперхнулся. Произошла секундная заминка, в течение которой кланники — все, кроме Тантаэ, снисходительно наблюдающего за детской возней — яростно переглядывались. Потом Максимилиан
Рейвен с компанией тут же исчезли, буквально растворившись в воздухе. Я даже ущипнула себя за локоть, не поверив глазам. Затем один из братьев — кажется, Теа — с неизменно вежливым «вы позволите, эстиль» подхватил Феникс на руки. Пахнуло озоном, и за спиной у обоих братьев раскрылись туманные крылья, густо-коричневые с золотистым отливом. А я-то думала, что у всех шакаи-ар они одинаковые… Два смазанных от скорости пятна исчезли в небе, и у ворот остались только мы с Максимилианом и расслабленно-спокойный Тантаэ.
— Один только вопрос, Максимилиан, — Пепельный князь безмятежно отвел с узкого лица синие пряди и сощурился. — Почему ты поставил меня в одну команду с собой? Не логичнее ли было бы добавить в третью команду хотя бы одного князя? Баланса ради.
Максимилиан улыбнулся, солнечно и беззаботно, как улыбаются люди перед тем, как сказать гадость.
— Прости, Тай, но я не хотел ослаблять их. Ребята привыкли надеяться на себя, и прикрывать тебя им некогда. Ты не воин, Тай.
— Ясно, — вишневые глаза неуловимо потемнели. Когти хищно шевельнулись. Лицо у него при этом оставалось каменно-невозмутимым. У меня по спине мурашки пробежали.
— Тай… — с досадливо протянул Максимилиан. — Не начинай заново. Давай, наконец, признаем, что ты великолепный делец и дипломат, а драки лучше оставить мне. Так я за тобой хоть присмотреть могу. Ты же не хочешь, чтобы я нервничал? Тай? — Ксиль доверительно заглянул Тантаэ в глаза и вдруг прижался к нему всем телом, обвивая руками, как плющ. Мои брови поползли вверх.
Пепельный князь чуть скованно взъерошил черные вихры Ксиля. Тот замер на секунду и медленно положил голову ему на плечо. Рука Максимилиана сползла со спины — ниже, ниже…
Я мучительно покраснела. Тантаэ вздохнул, и на лице его появилось выражение бесконечного терпения.
— Теперь я, пожалуй, понимаю, что ты имел в виду, когда говорил о моей излишне навязчивой опеке, — произнес Тантаэ после затянувшейся паузы, не прекращая поглаживать Ксиля по волосам.
— Исправишься? — хмыкнул тот.
— … но все равно твои фокусы по степени опасности не идут ни в какое сравнение с…
— Тай! — возмущенно вскинулся Ксиль, нарываясь на щелчок по носу. Я уже давно не знала, куда себя девать от смущения. Вроде бы ничего такого не происходило, ведь шакаи-ар не придавали такого значения прикосновениям, как люди, но все равно в воздухе
— Вы еще поцелуйтесь! — ляпнула я и искренне пожелала себе откусить язык. Фразу глупее и неуместнее специально не придумаешь.
Максимилиан фыркнул и шагнул в сторону, выпутываясь из объятий.
— Мы оба хороши, — признал он, вскрывая когтем ворота. Тантаэ замер с невозмутимым выражением лица, никак не комментируя произошедшее. — Этот не может даже собственных кланников силой окоротить, но лезет в драку, я в полудохлом состоянии берусь его защищать… Хорошо, что хотя бы часть резерва сейчас восстановил.
— Так ты просто… э-э… нагнетал эмоции для подзарядки? — запоздало догадалась я.
— Не все же тебя пугать, есть и другие способы вызвать эмоциональный всплеск, — рассмеялся Ксиль. — Но сейчас я не от тебя заряжался. Тай со мной поделился немного… а ты что подумала?
— Ничего, — сконфуженно пробормотала я. Тантаэ, глядя в сторону, ровно заметил:
— В который раз из-за тебя нас подозревают в чем-то неприличном. Я уже начинаю думать, что тебе нравится шокировать публику.
— А ты не переживай так бурно простые дружеские объятия, — по-детски съехидничал Ксиль. — Идем, наши уже внутри. И новости у них не лучшие.
— Подождите! — я торопливо подтянула шакаи-ар за рукава, наколдовывая отвод глаз. — На невидимость меня не хватит, но все-таки…
— Они не засекут магию? — недоверчиво хмыкнул Максимилиан.
— Такую — нет, — вздохнула я. И пояснила, специально для Тантаэ: — Это отвод глаз, не магия в привычном смысле, а так, баловство. Но полезное.
— Интересно, — вежливо ответил Тантаэ.
Мне же очень интересным показалось то, что дверь никто не охранял. Ой, не к добру…
«Рейвен говорит, что все силы были стянуты к центральному залу, — неожиданно прозвучал в голове голос Северного князя. — Там больше трех десятков пленников и охраны соответственно. Маги готовят портал и атаки не ждут».
«Отлично. Будьте осторожнее, Найта», — ментальное присутствие Тантаэ наводило спокойную уверенность. И — ни следа неподобающих чувств. Как будто и не было сцены у ворот.
Коридор промелькнул незаметно. В другое время мне было бы сложно выдерживать темп, заданный шакаи-ар, но сейчас я действовала как во сне — аффект, наверное. По дороге к месту, где держали пленников, нам встретилось всего два человека. Одного Тантаэ милосердно оглушил и уложил на пол в надежде, что он не скоро очнется. Другому не повезло попасть в когти Северного князя.
— Что с вами, Найта? — тихо спросил Тантаэ, когда я отвернулась к стенке, зажимая рот рукой.
— Все в порядке, спасибо за беспокойство, — просипела я, стараясь загнать тошноту поглубже. Не время, не время. Перед глазами стояло побелевшее лицо того дядьки в серой мантии, неудачно напоровшегося на нас. Я слышала, как хрупнули кости, но взглянуть не решалась. Противно хлюпала кровь.
— Все, идем дальше, — прошептал Максимилиан, вытирая губы тыльной стороной ладони. — И не плюйся, малыш, мне надо было перекусить. Желательно чем-нибудь посерьезнее смущения нецелованной девицы.